Доступные ссылки

«Неправильно связывать помилование журналистов с Днем журналистики» - эта мысль принадлежит завотделом администрации президента Али Гасанову. Значит, не стоит понапрасну предаваться беспочвенным надеждам – 135-летие азербайджанской печати некоторые журналисты встретят снова за решеткой. Зато кто-то будет вроде бы награжден, кому-то решат жилищные или какие-то иные социально-бытовые проблемы. Однако три журналиста, точнее три автора, поскольку двое из них блогеры, будут жить тюремной жизнью во всей ее прелести.

Такое же отношение было проявлено, когда несколько журналистов пытались встретиться с президентом страны по просьбе Эйнуллы Фатуллаева в связи с решением Европейского суда по правам человека о нем. Тогда один из руководителей Партии Ени Азербайджан сказал, что такая встреча была бы политизацией вопроса.

Воистину странная логика. Неужели вопрос не политический? Если не политический, почему отняли офис у двух газет, конфисковали имущество, а сотрудников привлекли к тягостному следственному процессу? В то время Али Гасанов сказал, газета может продолжать издаваться. Однако остается вопросом, как может продолжать издаваться газета, которую выселили из офиса, конфисковали компьютеры, технику, пытались запугать сотрудников?

Если бы у властей хоть какие-то аргументы, они не возбудили бы очередное уголовное дело против Эйнуллы Фатуллаева. Однако новое дело возбудили, значит, нет никаких аргументов.

К сожалению, вопросы на этом не кончаются. В отношении одного заключенного есть уже решение Евросуда. Что на это ответят власти? Отпустят ли его на свободу?

В ПОИСКАХ АРГУМЕНТОВ

Когда суд выносил решение, у властей было три месяца на обжалование. Теперь осталось меньше месяца. Решение Евросуда представители власти встретили в штыки. Говорилось, что за три месяца власти воспользуются своим правом обжаловать решение в Большой палате Евросуда. Однако такое обжалование должно быть, в отличие от обвинений, обосновано юридически. Есть ли такое обоснование? До сего дня не прозвучало ни одного серьезного аргумента на эту тему. Единственное возражение состояло из того, что суд не может в категорической форме требовать освобождения журналиста. Кроме этого не прозвучало ни одного аргумента.

Привлекает внимание еще одна деталь. Если бы у властей были серьезные или хоть какие-то аргументы, они не возбудили бы очередное уголовное дело против Эйнуллы Фатуллаева. Однако такое дело было возбуждено, значит нет никаких аргументов. Отсутствие аргументов характерно для этой власти в полном смысле этого слова. В политологии говорится, что государство имеет право легитимного применения силы. Чувствуется, что эта власть понимает последний тезис в буквальном смысле. Если бы не было так, один из депутатов не сказал бы, что «полиция имеет право бить», а другой «задержанных во время акции увозят в Гобустан потому, что там свежий воздух». Уже нет никаких аргументов. Возможно, насилие достигло такой степени, что они уже не считают нужным обосновывать свои слова, говорить аргументированно. Возможно и это.

СОГЛАСНЫЕ И НЕСОГЛАСНЫЕ

Журналистское сообщество разделилось на две части. Есть несогласные с политикой и логикой этой власти, и есть сторонники сотрудничества с этой властью любой ценой.

Вторых намного больше чем первых – это надо признать, к сожалению. Самая болезненная деталь здесь состоит в том, что у критически настроенных к власти журналистов нет своей организации. А существующий Совет прессы чем дальше тем больше склоняется к властям. Правда, в рядах независимых и критикующих журналистов собрались ведущие журналисты страны и у них нет проблем для того, чтобы собраться и обсудить какую-то проблему. Однако организация – другое дело.

Когда заходит речь о проблемах журналистики, все взгляды волей-неволей обращаются на Совет прессы. Однако власти, можно сказать, что отобрали эту организацию у независимых журналистов. Эти же слова можно сказать про шаги, которые предприняла власть, для того, чтобы соблазнить, прибрать к рукам некоторых журналистов. Были случаи, когда люди отказывались даже от Нобелевской премии в силу каких-то нравственных аргументов. А в Азербайджане некоторые готовы забыть своих коллег, которые находятся в тюрьме, ради звания «заслуженный журналист», которое не имеет никакого значения.

Что решают и дают эти звания? Ничего! Однако поступки имеют смысл и значение. Это передается от одного человека к другому, от поколения к поколению и таким образом совершившие поступки всегда живут в памяти людей. Когда звания соответствуют поступкам, они имеют какой-то смысл, в противном случае звание не более чем лента или какой-то знак на груди. Не более.

Статья отражает точку зрения автора
XS
SM
MD
LG