Доступные ссылки

Вечно извилистый, мирный процесс в Нагорном Карабахе вступает в необычайно трудный этап. В преддверии встречи в Казани 24 июня, под председательством президента России Дмитрия Медведева, между президентом Армении Сержем Саркисяном и его азербайджанским коллегой Ильхамом Алиевым, появились большие надежды, что наконец то удастся достичь договоренности по рамочному соглашению - давно обсуждаемому документу по Базовым принципам.

Но ничего не вышло.

Что именно произошло в Казани, и что происходит сейчас?

Многие источники, в том числе из Баку, подтверждают, что именно азербайджанская сторона блокировала соглашение в Казани. Министр иностранных дел России Сергей Лавров, который интенсивно работал над последним проектом соглашения с обеими сторонами, наверняка считал, что сделка будет достигнута, и один из свидетелей сказал, что после встречи он выглядел “уничтоженным".

Вашингтонские чиновники были воодушевлены тоном телефонных переговоров президента США Барака Обамы с лидерами как Армении, так и Азербайджана в канун саммита.

Похоже, что президент Ильхам Алиев пришел на встречу со списком из девяти или десяти поправок к последнему проекту документа, которые вызвали возражения армянской стороны, и хотя встреча длилась почти четыре часа, в значительной степени она закончилась, как только началась.

Армянская сторона дала понять, что она готова обсуждать последний
Ильхам Алиев пришел на встречу со списком из девяти или десяти поправок к последнему проекту документа, которые вызвали возражения армянской стороны, и хотя встреча длилась почти четыре часа, в значительной степени она закончилась, как только началась

проект в Казани - поворот от ситуации в конце 2009-начале 2010 года, когда Баку говорил внешнему миру, что он принял последний проект, согласованный в Афинах, в то время как армяне играли роль блокаторов. На этот раз Ереван принял последний проект. Единственное предостережение (не незначительное) было в том, что президент Саркисян сказал: «Впоследствии придется заручиться согласием армянского руководства Нагорного Карабаха».

Возражения Азербайджана лежат в трех разных областях.

Первый круг возражений состоит из ряда конкретных проблем, вытекающих из последнего проекта документа об Основных принципах, подготовленного министром иностранных дел Лавровым. Главный из них, по мнению Баку, является то, что статус «некоридорного» Лачина не был ясно определен в последнем проекте.

Речь идет о связи между двумя из шести главных Основных принципов. Одним из них является возвращение семи районов, которые были обычными территориями Азербайджана в советские времена и не являлись частью автономного Нагорного Карабаха с армянским большинством, и которые были захвачены армянами во время войны 1991-94 годов. Документ предусматривает, что пять из этих регионов будут возвращены под контроль Азербайджана немедленно, или как только позволят работы по разминированию и реконструкции, что на самом деле может занять несколько лет, в то время как два западных района - Кельбаджар и Лачин, расположенные между Арменией и Карабахом, будет возвращены через пять лет. В то же время предполагается, что при помощи пока еще не ясного механизма, который будет учитывать как армянские проблемы безопасности, так и вопрос азербайджанского суверенитета, будет создан коридор, соединяющий Армению и Карабах через город Лачин (возможно, через долгосрочную аренду под международным контролем).

Сергей Лавров (справа) и Эльмар Мамедъяров, Москва, 18 июля 2011
Возражения официального Баку к обсуждаемому проекту в Казани было то, что пределы "Лачинского коридора" не были установлены, это делало статус «некоридорного Лачина" слишком расплывчатым, и отсутствовало обещание о праве на возвращение жителей 39 сел этого района. Поэтому, оно явно обеспечивало возвращение только шести из семи районов Азербайджана вокруг Нагорного Карабаха, а не всех семи, и было бы расценено в Азербайджане, как поражение. В меньшей степени азербайджанская сторона также возражала против идеи, что "промежуточный статус" Нагорного Карабаха позволял бы ему вступать в международные организации.

Лачин в особенности является законным поводом для беспокойства. Вопрос только в том, почему президент Алиев не попытался урегулировать эти вопросы в преддверии Казани, а поднял их только 24 июня, тем самым сорвав встречу?

Это приводит нас к "второму кругу" азербайджанских возражений Казани, который заключается в том, что руководство Баку, похоже, испытывает дискомфорт от согласия, или, точнее, от впечатления, что оно согласно на «мир по-российски». Они, похоже, ценят президента Медведева и высоко отзываются о его инициативе. Медведев скрупулезно
Обама (в центре), Медведев (слева) и Саркози, Лиссабон, 20 ноября 2010

консультировался с двумя другими сопредседателями Минской группы - Францией и Соединенными Штатами. Оба внешнеполитических ведомства этих стран были полностью вовлечены в его инициативу, а французский и американский сопредседатели были проинформированы Лавровым после каждой трехсторонней встречи русского, армянского и азербайджанского президентов.

Тем не менее, азербайджанцы по-прежнему рассматривают Россию как главного союзника Армении и с подозрением относятся к роли Лаврова, армянское происхождение которого вызывает их недоверие. Хотя Медведев, видимо, никогда не поднимал этого вопроса, есть опасения, что Россия имеет тайную повестку дня желая, разместить своих миротворцев в зоне карабахского конфликта, как способ формирования мира по-российски. В течение многих лет имелось "джентльменское соглашение", что "ни соседи, ни сопредседателями" не будут участвовать в миротворческих войсках, но по этому поводу никогда не был выработан кодекс.

Более того, руководство Баку прекрасно понимает, что роль хозяина Кремля для Медведева может скоро закончиться и, следовательно, хотят дополнительных гарантий, что его план мирного урегулирования был бы воплощен. Министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедьяров привел в качестве примера русско-японский спор по поводу Курильских островов, где контур Соглашения был заключен в 1950-х годах, но полный мирный договор так и не был подписан.

Тем самым, тактика по срыву переговоров в Казани может рассматриваться как попытка Баку добиться большего участия Вашингтона и Парижа (и, по ходу развития, Европейского Союза) в написании следующего проекта документа, с гарантией их поддержки и (эта часть относится в основном к Брюсселю) неофициальными обещаниями, что впоследствии, силы по поддержанию мира будут поступать из ЕС.

Путин (справа) и Медведев, 13 сентября 2007
Однако, если азербайджанская сторона хотела бы только более широкого международного участия, мы, вероятно, видели бы большую спешку с их стороны по использованию того, что можно было бы назвать "моментом Медведева", не говоря уже о позитивном умонастроении армянской стороны, которое нельзя предполагать, что будет вечным. Через несколько месяцев, сезон выборов начнется в Армении и во всех трех странах-сопредседателях. Вполне вероятно, что в России Владимир Путин вернет президентство. Алиев и Медведев имеют гораздо лучшие отношения, чем Алиев с Путиным, с тех пор, как двое столкнулись из-за Грузии в 2006-м году. Путин никогда не показывал какой-либо заинтересованности в карабахском вопросе. В отличие от Медведева, он, похоже, считает, что не стоит тратить усилия на решение этого вопроса, и что статус-кво является приемлемым для России. А когда речь идет о Вашингтоне, беспокоит то, что руководство США просто потеряет интерес и станет уделять гораздо меньше усилий процессу, чем они сделали в прошлом году.

Это приводит нас к "третьему кругу» причин, почему азербайджанская сторона не пошла на соглашение в Казани. Создается впечатление, что они исходят из позиции «время на их стороне» и «не торопятся».

Недавний визит в Баку подтверждает впечатление, что там меньше говорят о войне, чем в течение достаточно долгого времени, и президент Алиев не придерживался слишком воинственного тона на военном параде в Баку через два дня после встречи в Казани. Это может быть воспринято как непримиримость другого сорта. Азербайджанские чиновники говорят, что верят - Кавказская гонка вооружений банкротит Армению и, через несколько лет, армянская сторона будет намного слабее и более склонной к компромиссу по вопросу о статусе Карабаха.

13 июля, например, президент Ильхам Алиев на заседании Кабинета
Ильхам Алиев на заседании Кабмина Азербайджана

министров заявил, что "финансовые возможности и политический вес Азербайджана растет, его региональная позиция растет, его армия становится сильнее и его демографические показатели растут. Наше население растет, у них [армян] сокращается. Через пять-десять лет наше население будет 11 миллионов, у них будет один миллион. Все прекрасно понимают, что это значит. Таким образом, мы можем решить вопрос в нашу пользу".

Для любого опытного наблюдателя карабахского конфликта - это неправильное понимание позиции Армении. Для армян владение землей Карабаха гораздо более важный приз, чем предложение богатств Азербайджана, которые к тому же могут закончиться в течение нескольких десятилетий. Кроме того, армяне утверждают, что Армения является намного более сильным государством, чем это было 20 лет назад. Они так же богаты, как Грузия, с точки зрения ВВП на душу населения, и все еще могут рассчитывать на твердую поддержку диаспоры, чтобы спасти ее в момент кризиса. Де-факто, армянская государственность уже существует в самом Нагорном Карабахе, где большинство людей до 30 лет никогда не встречало азербайджанца, и с годами, она еще более глубоко укореняется. Исходя из этого, безусловно, для правительства Азербайджана имеет смысл расходовать доходы от своих огромных запасов нефти и газа на мирное урегулирование, а не ждать еще несколько лет для более выгодной сделки.

Может ли этот узел быть развязан? С азербайджанской стороны, это означает попытку распутать свои законные опасения от тактики проволочек, вытекающих из совершенно других факторов, некоторые из которых связанны с темной внутренней политикой Азербайджанской элиты.

Если руководство Азербайджана обеспокоено конкретными вопросами, с ними, наверное, можно разобраться в течение ближайших нескольких месяцев. Новая формула может быть разработана по Лачинскому коридору. Более четко сформулированные обязательства могут быть приняты на счет формулы "ни соседей, ни сопредседателей" по поддержанию мира.

Дополнительная работа может быть проделана по выработке графика по продвижению в направлении полного мирного договора, и каждая сторона может начать этот процесс с конкретных шагов, сигнализирующих готовность работать друг с другом: возможно, вывод армянских войск из части оккупированных территорий в обмен на согласие Баку на ощутимый знак нового "промежуточного статуса" Нагорного Карабаха (например, изменение политики Баку в вопросе иностранцев, посещающих Карабах или открытие там агентства ООН).

Если суть проблемы в этом, можно будет обосновать более сильные и согласованные дипломатические усилия Вашингтона и Парижа по помощи Москве в преодолении расхождений, пока “момент Медведева” все еще остается открытым.

Если, однако, проблема гораздо глубже, и по какой-либо причине, азербайджанское правительство просто хочет выиграть больше времени, то нужен другой подход. Тогда имеются серьезные основания для трех стран-сопредседателей, чтобы сделать шаг назад. Они могли бы сказать, что будут продолжать мониторинг за режимом прекращения огня и готовы гарантировать мирное урегулирование, если оно будет достигнуто, но заявить, что на данный момент их посреднический потенциал исчерпан.

Статья отражает точку зрения автора

Автор является старшим научным сотрудником Фонда Карнеги за Международный Мир в Вашингтоне.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG