Доступные ссылки

Прозрачность нефтедоходов. Часть 1


Если понаблюдать за отношением власти в Азербайджане к собственному народу и, наоборот, отношением населения страны к представителям власти со стороны, то может сложиться ощущение, что народ и власть - зрители и актеры. Народ, то есть граждане - невольные зрители в неуютном запертом зале с отделенной от сцены прозрачной, но крепкой перегородкой. Зрители смотрят на сцене на действия политического руководства страны – то ли неубедительную пьесу, то ли фокусы. Те, кто в зале большей частью недовольны своими жизненными условиями и действиями на сцене, причем возможности что-то сказать и тем более, повлиять на проиходящее у них нет, да и свой протест выражают они довольно вяло.А те, кто на сцене, не слышат и слушать не хотят тех, кто в зале.

ОТВЕТЫ И АРГУМЕНТЫ

Отсутствие транспарентности в управлении – вот основное обвинение, предъявляемое азербайджанской власти со стороны международных правозащитных институтов, местных экспертов и оппозиции. В ответе властей особенной аргументации не наблюдается, так как оппозиции и независимым критическим средствам массовой информации она отвечает не фактами и логикой, а дубинками, судами и тюрьмами, помехами в издании и распространии СМИ, а за рубежом – упирает на свою борьбу с исламизмом внутри и помощь в борьбе с терроризмом вне страны. Тем не менее, для Запада хоть что-то, где-то, когда-то говорить надо. Вот власть Азербайджана и пытается доказать, что ее методы управления абсолютно прозрачны и публичны, а ее действия на политической авансцене – осмысленны и направлены на благо народа.

НЕГОТОВНОСТЬ К ДЕМОКРАТИИ И ЗНАНИЮ

Только непонятно, почему тогда даже эксперты не до конца представляют себе, каким образом формируются, куда и как уходят доходы Азербайджана от реализации нефти и в целом углеводородных запасов страны? Не говоря уже о гражданах Азербайджана... И дело здесь вовсе не в малообразованности, приобретенной ограниченности и тем более, врожденной «непонятливости» рядовых граждан и среднестатистической азербайджанской интеллигенции. Хотя именно этот фактор педалируется чиновниками, как и «неготовность народа к демократии», «свой путь развития». В этом плане особенно ясно понимается подлинный смысл награждения министра образования Мисира Марданова орденом «Шохрат» некоторое время назад, хотя уже тогда была ясно видна крутая кривая снижения уровня качества образования вследствие его «стиля управления». Катастрофическое падение качества образования наглядно показывает непрерывно понижающийся в последние годы проходной балл на вступительных экзаменах. Причиной этому целый букет негативных факторов, среди которых главные – коррупция, символические зарплаты учителей и менеджмент со знаком «минус».

ДОСТОЯНИЕ НАРОДА ИЛИ СОБСТВЕННОСТЬ СЕМЬИ?

Транспортировка ранней азербайджанской нефти на мировой рынок началась еще в 1997 году. При полной, как утверждается, публичности этой сферы за истекшее время уже можно было бы хоть как-то понять, если не выучить все схемы денежных поступлений в страну. На деле же многое до сих пор остается тайной за семью печатями.

Куда именно поступают деньги от реализации нефти, что и как с ними происходит? Почему, скажем, сегодня активы Государственного нефтяного фонда Азербайджана составляют именно 30 миллиардов долларов, а не больше или меньше? Вопросов множество и все они не просто имеют право быть озвученными, но и лица, задающие их имеют полное право получить исчерпывающие ответы. Ведь речь идет не только о честности, добросовестности и компетентности конкретных руководящих страной лиц, и тем более, не о собственности семьи Алиевых, а о национальном достоянии Азербайджана. Но граждане - только зрители происходящего на сцене без возможности донести свое мнение до сцены...

Поступающие доходы с прибыльной нефти делятся примерно так: не более четверти берут зарубежные операторы - компании альянса, это 20-25%; примерно 75-80 % достается Азербайджану, то есть эти средства попадают прямо в государственный Нефтяной фонд; и совсем небольшая, десятая часть от всей доли компаний альянса (то есть от тех самых 20-25%) достается ГНКАР. Она, вместе со всеми другими компаниями выплачивает налог на прибыль в бюджет страны. После этих выплат вся эта сумма считается доходом ГНКАР, на который она может делать все, что захочет.

СТОЛЬКО ВХОДИТ, СКОЛЬКО ВЫХОДИТ?

Интересно, что каких-либо обязательств по прозрачности у ГНКАР и естественно, особых проверок нет. На этот факт следует обратить особое внимание, поскольку в отличие от ГНКАР, у Нефтяного фонда такие обязательства есть, хотя обе структуры - государственные. Этот фонд является членом международной структуры, объединяющей фонды разных стран и должен в своей деятельности придерживаться всех требований организации. В числе же основных требований – транспарентность. Это обязательство Госнефтефонд выполняет четко. Прекрасно известны его доходы и активы. А то, что ежегодно из этих средств перечисляются в государственный бюджет и тратятся на инфраструктурные проекты огромные суммы, уже другой вопрос, и вопрос очень интересный. Точнее, это вопрос целесообразности расходования нефтяных доходов и к транспарентности Нефтяного фонда он отношения не имеет. Зато имеет отношение к транспарентности и эффективности расходования средств бюджета, но это отдельная тема...

Таким образом, на первый поверхностный взгляд руководство Азербайджана как будто выполняет все свои обязательства перед собственным народом. Но это только на первый взгляд. Здесь мимоходом отметим еще один очень важный момент – сколько денег от Нефтяной компании поступает в Нефтяной фонд, известно. А вот все ли деньги, вырученные от продаж нефти, поступают в Нефтяной фонд? Повторю этот далеко не тривиальный момент – все ли средства, выходящие из ГНКАР, входят в ГНФАР? Или какая-то, большая или малая часть из них как-то оседает где-то на каких-то неизвестных нам нам счетах - это большой, важный и очень туманный вопрос...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG