Доступные ссылки

Китай намерен в целом сохранять и далее стабильность национальной валюты, чтобы не навредить своим компаниям-экспортерам. Об этом заявил на днях глава правительства страны Вэнь Цзябао.

Заявление было сделано на фоне совещания министров финансов стран G20 – в преддверии очередного саммита этих стран, который пройдет в начале ноября во Франции.

Западные страны, крупнейшие торговые партнеры Китая, считают курс китайской валюты искусственно заниженным ради поддержки национальных экспортеров, что, по их мнению, и создает один из главных дисбалансов в мировой экономике. Этот вопрос неизменно поднимается на всех саммитах G20 последних лет, и каждый раз Китай дает понять, что уступать международному давлению он не намерен.

Заявление премьера Госсовета Китая, как отмечает 17 октября газета Wall Street Journal, стало первым на столь высоком уровне после того, как верхняя палата американского Конгресса одобрила проект закона, наделяющего правительство страны правом вводить высокие импортные пошлины в отношении товаров из тех стран, курс валют которых будет определен как искусственно заниженный.

Объемы китайского экспорта в США или в страны Европейского союза намного превышают объемы их экспорта в Китай. Для Евросоюза, например, за первые 9 месяцев 2011 года, как сообщило агентство "Евростат" – более чем вдвое.

И хотя нижняя палата Конгресса США, полагают многие эксперты, вряд ли поддержит законопроект, сам факт его появления вновь подчеркивает остроту проблемы для западных стран.

В 2009 году Китай стал крупнейшим в мире экспортером товаров, впервые обойдя многолетнего лидера мировой торговли – Германию. Однако экспорт уже не является главным двигателем нынешнего роста китайской экономики, уверен сотрудник кафедры политэкономии Китая университета немецкого города Трир Дирк Шмидт. По его словам, в том же 2009 году объем внешней торговли Китая – на фоне мирового финансового кризиса - сократился на 14%, а экспорт – на 16%. "Тем не менее, общий рост китайской экономики составил тогда 9%!.. А это стало результатом расширения инвестиций на внутреннем рынке и укрепления его инфраструктуры".

И в США, и в Европе, и в Японии стремительно нараставшее в последние 10-15 лет экономическое влияние Китая привело к огромным структурным изменениям в собственных экономиках. Но параллельно для американских, европейских или японских производителей постепенно открывался и гигантский внутренний рынок Китая.

Влияние экономики Китая огромно, подчеркивает директор исследовательского института IFO в Мюнхене Гернот Нерб:

"В Европе, например, из-за китайской конкуренции исчезли целые промышленные бренды!.. С другой стороны, постоянно возрастающий спрос на внутреннем рынке самого Китая открывает европейским компаниям новые возможности для экспорта".

Китай располагает самыми крупными в мире золотовалютными резервами – 3,2 трлн долларов. Для сравнения, в следующей за ним Японии – 1,1 трлн, а в России, которая на третьем месте, – 510 млрд долларов. Причем формировались резервы Китая не только за счет огромного экспорта из страны, но и относительно небольшого импорта, отмечает научный сотрудник Гуверовского центра Стэнфордского университета в США профессор Михаил Бернштам.

Во-первых, поясняет он, в Китае проводится политика низкой рождаемости. "И буквально на протяжении жизни последнего поколения выяснилось, что родители в старости уже не могут рассчитывать на поддержку своих детей, которая была традиционной в Китае. Поэтому теперь китайцы копят деньги на старость, сберегают, как никто и никогда в мире".

Во-вторых, продолжает Бернштам, Китай импортирует намного меньше, чем экспортирует, так как его внутреннее потребление, хотя и растет, остается пока низким. Расширить внутреннее потребление – одна из главных целей, провозглашаемых властями. Постоянное превышение экспорта над импортом и сформировало огромный торговый профицит. За последние годы эта разница составляла сначала 200 млрд долларов в год, потом - 400 млрд... Теперь она "стабилизировалась" на уровне примерно 300 млрд долларов в год.

"Сложим суммы за ряд лет и получим триллионы долларов торгового профицита, значительная часть которых была куплена Национальным банком Китая и отложена в его резервы, – говорит Михаил Бернштам. – Это делалось и делается для того, чтобы огромная валютная масса не привела к росту курса юаня".

Ускорения этого роста страны Запада пытаются добиться от властей Китая не первый год. Китай и начал ревальвацию национальной валюты еще в 2005 году, но – по собственному "графику", то есть очень постепенно. С тех пор курс юаня к доллару повысился почти на четверть, но США и страны Европы считают, что этого недостаточно.

Китай же уступать такому давлению не готов сразу по ряду причин, отмечает Дирк Шмидт. Во-первых, по его словам, власти считают, что вопрос затрагивает национальный суверенитет, и не хотят проиграть в глазах собственного населения. Во-вторых, в Китае хорошо помнят соглашение 1985 года пяти из стран G7 о снижении курса доллара по отношению к немецкой марке и японской иене. В результате курс иены к доллару в течение двух лет вырос наполовину.

Именно это, уверены в Китае, и стало причиной разразившегося вскоре банковского кризиса в Японии и краха рынка недвижимости. Оправиться от этого Япония не может уже два десятилетия, экономический рост в стране – минимальный. Вот подобного развития событий и опасаются в Китае, говорит Дирк Шмидт:

"С другой стороны, быстрая ревальвация юаня может поставить на грань банкротства множество китайских компаний. Все это и объясняет, почему китайское правительство так осторожничает с ревальвацией национальной валюты".

При этом китайские власти заявляют, что намерены уже в обозримом будущем превратить юань в одну из ведущих мировых валют. Но прежде он должен стать такой же популярной, как доллар, евро или иена, валютой расчетов в международной торговле. А пока основные торговые партнеры Китая продолжают считать, что власти страны искусственно сдерживают рост курса юаня для поддержки национальных экспортеров.
XS
SM
MD
LG