Доступные ссылки

Американские политологи и их иностранные коллеги нередко называют Соединенные Штаты единственной оставшейся в мире сверхдержавой, имея в виду относительную мощь американской армии, экономики и дипломатии и готовность государства использовать их для достижения своих внешнеполитических целей.

А в какой мере державные настроения соответствуют духу и менталитету широких слоев американцев? Cоциологические опросы рисуют весьма неожиданную картину.

Американские политические деятели вправе теоретически предлагать для страны самые разные варианты внешней политики, как делали, например, на недавних прениях в Вашингтоне кандидаты в президенты от Республиканской партии, но пока государство остается демократическим, за определенные рамки, заданные общими представлениями и стереотипами нации, они в своих планах выйти не могут. Перефразируя известное изречение, хотя в демократических странах общественное мнение не есть догма, руководством к ней оно определенно является.

Телекорпорация СВS распространила результаты социологических анкет, в которых американцев просили высказать свои предпочтения по ряду ключевых аспектов внешней и оборонной политики США. Анкеты эти панорамные, они фиксирует как нынешние настроения нации, так и исторические, начиная с 1947 года.

Даже беглого взгляда достаточно, чтобы поразиться необыкновенному постоянству народных суждений. Создается впечатление, что на них не влияют по большому счету ни экономическая конъюнктура, ни военно-политические успехи или неудачи Америки, ни степень популярности конкретного хозяина Белого дома, ни меняющийся демографический состав населения.

Так, на вопрос, поддерживаете ли вы проведение США активной внешней политики, cтабильно дают положительный ответ около 65% граждан. Но стоит задать тот же, по сути, вопрос в чуть измененной форме: следует ли Америке абстрагироваться от внешнего мира и сосредочиться на внутренних проблемах, как ответ мы видим прямо противоположный – 75% уверены, что следует.

- Одним из непременных свойств социологических опросов являются противоречивые ответы, - разъясняет парадокс исследователь из Института American Enterprise Карлин Бауман. – Отношение у американцев к тому, что происходит за пределами страны, весьма двойственное: глобальное лидерство – это хорошо, приоритет внутренних проблем – это тоже хорошо. И то, и другое важно, а нестыковка респондентов не очень заботит.

Знакомство с опросами позволяет понять, что кажущиеся противоречия во внешней политике любой администрации зачастую отражают лишь реальные противоречия в общественных взглядах.

Американцы всегда положительно относились к своим вооруженным силам, а сегодня и подавно: более 70% называют армию самым уважаемым инcтитутом общества, столько же настроены решительно против дальнейшего сокращения оборонного бюджета.

- При этом о восстановлении призыва, всеобщей воинской повинности, народ и слышать не хочет, - подчеркивает Карлин Бауман, - Даже теоретически.

Как бы то ни было, при такой положительной оценки армии было бы разумно предположить, что американцы захотят задействовать ее в самых разных политических сценариях. Но не тут-то было!

За силовую смену диктаторских режимов и замену их демократическими голосуют всего в районе 20% респондентов;

защиту слабых наций от вооруженной агрессии со стороны сильных – 25%;

гуманистические акции, спасение мирного населения от истребления собственным правительством пользуются, правда, поддержкой 40%.

Согласуются с этими историческими цифрами и оценки свежих конфликтов: около 75% полагают, что жертвовать жизнями солдат в Ираке не было смысла; с целями войны в Афганистане солидарны только 36% опрошенных.

Продвижение демократии в мире стоит в приоритетах американцев много ниже, чем содействие росту трудовой занятости в стране посредством международных торговых соглашений.

По словам Бауман, американцы очень не хотят разбрасываться жизнями своих солдат независимо от характера конфликтов, в которых они могут быть использованы, так что никакого противоречия между положительным отношением к армии и нежеланием часто применять силу во внешней политике моя собеседница не видит.
XS
SM
MD
LG