Доступные ссылки

По традиции пишу о событиях предыдущего месяца. Как обычно, не по свежим следам, а когда события несколько отстоялись. Когда из сиюминутных и каждодневных они перешли в разряд исторических.

Разница только в том, что месяц необычный, последний месяц ушедшего года. По традиции, в конце декабря, в преддверии Нового года, мы оборачиваемся назад. Подводим итоги, задумываемся о будущем.

Как всегда в своих статьях, выбираю только то, что меня зацепило, независимо от масштаба тех или иных событий. При этом – так уж сложился мой образ жизни и мой взгляд на мир – моя точка зрения, не совсем «моя». В неё вплетаются «точки зрения» книг, фильмов, телевизионных передач, дальних и близких исторических событий. Многое другое из мира культуры.

Кто-то назовёт такую позицию «книжной», в смысле кабинетной, оторванной от жизни. Не буду спорить, «книжная» так «книжная». Пусть упиваются «собственной» точкой зрения. Пушкинское предостережение о «хвале и клевете», и о том, что не следует «оспаривать…», увы, никогда не потеряет своей актуальности

Так уж случилось, что в последние месяцы занимали меня проблемы воспитания у древних греков. Подробно об этом в другой раз, возможно, в другом месте. Сейчас же предельно коротко. Для плавного перехода к основной теме.

У древних греков есть два красивых слова, которые не очень широко известны, и одно, которое знают все. Первые два слова – «пайдейа» и «алетейа» (почему-то вспоминается немецкое «Лорелейя» и библейское «Аллилуйя»). Третье слово – «идиот».

Первые два слова перевести буквально трудно. Если приблизительно, то «пайдейа» - это «образованный». Для греков - свободный человек, всегда пластичный человек. Сам, или с помощью других, он способен лепить самого себя. Способен измениться в той мере, чтобы стать похожим на самого себя. Это и есть «образование», как умственное, так и физическое, телесное. До греков никто до этого не додумался. Вколачивали в пустую голову готовое знание - вот и всё «образование».

«Алетейу» на русский чаще всего переводят как «непотаённое». Мир, как и человек пластичен, в нём можно обнаружить просвет, или, говоря образно, про-свет. Это и есть непотаённое, это и есть «алетейа». Если человек «образован», если он взошёл на уровень «пайдейи», то такой человек способен обнаружить «непотаённый» мир и такой мир способен увидеть «непотаённого» человека. По-моему, очень красивая мысль. Сумеешь увидеть мир - мир сумеет увидеть тебя.

Что до третьего слова, то оно у греков не было ругательным. Просто означало «несведущий», «невежественный». Выводы от противопоставления «пайдейа» и «алетейа» с одной стороны, «идиота» - с другой, делайте сами.

После такого вступления перейдём к двум зацепившим меня декабрьским событиям: смерть Вацлав Гавела и смерть Ким Чен Ира. Смерть двух людей, двух «человеков». Один в недавнем прошлом был президентом страны. Другой умер «великим руководителем».

Иллюминация портрета Вацлава Гавела

Иллюминация портрета Вацлава Гавела

У одного была частная жизнь, о ней всё было известно. Президент - публичный человек, граждане имеют право всё о нём знать. У другого не могло быть «частной жизни», во всех своих человеческих проявлениях он должен оставаться «великим руководителем». У одного была профессия, любимое дело, он был известным в мире «драматургом». Другой был только и только «великим руководителем», монолит, неделимый, лишённый малейших признаков эрозии.

Одного провожали в последний путь аплодисментами, другого – массовой истерией. Он ведь считался «живее всех живых», как могли прожить без него «живые».

В одном случае, жизнь продолжалось. Солнце светило, дети озорничали, молодые могли назначить друг друга свидание в день смерти. Никого бы это не шокировало. Любовь молодых всегда выше смерти.

Северокорейцы скорбят о смерти Ким Чен Ира

Северокорейцы скорбят о смерти Ким Чен Ира

В другом случае, жизнь остановилась. Траур продолжался 11 дней, но мог бы и 110. Вся природа оплакивала кончину «великого руководителя». Северокорейские информагентства знакомили с подобными «фактами». Медведица и несколько медвежат, нарушив зимнюю спячку, вышли на шоссе и «плакали навзрыд». Сóрок сорóк прилетели к памятнику Ким Ир Сену и своими криками выражали свою скорбь. Лучи восходящего солнца осветили высеченную на священной для корейцев горе надпись: «Гора Пэкту. Священная гора революции. Ким. Чен. Ир». Не будем продолжать.

Нетерпеливый читатель скажет: «Какое это имеет к нам отношение?» Поблагодарим всевышнего, что до подобной степени безумия мы не дошли. Но медицине и психиатрии давно известно, патология проливает свет на отклонения в норме. Только кажется, что маньяк - есть маньяк, и нечего здесь обсуждать. Кто знает, сколько «маленьких маньяков» спрятано в нашем подсознании, сколько «маленьких маньяков» можно обнаружить в наших словах и поступках. Одним словом не будем зарекаться, лучше задумаемся. Разве у нас массовое образование, большое количество людей с учеными степенями, уменьшили растущий интерес к различным оккультным сферам, гадалкам, чудотворцам, и пр., пр.

Разве не у нас в недавнем прошлом, то ли маньяк, то ли провокатор, обнаружил мистическую «надпись», и город буквально обезумел?

Разве не у нас, на самом «интеллигентном» уровне, повторяется примитивная байка о том, что услышали на Луне американские астронавты?

Разве не среди нашей молодёжи широко распространены идеи некого «просветителя от религии», который якобы развенчивает серьёзную науку?

Одним словом, не будем злословить по поводу других. Наше «средневековье» продолжает находиться рядом с нами. И продолжает наступать. А наша массовая школа, не подозревая о существовании двух красивых греческих слов, множит ряды тех, кого древние греки совершенно, не пытаясь обидеть, спокойно называли тем третьим словом, о котором говорилось выше.

Теперь обратимся лицом к стране, президентом которой ещё недавно был Вацлав Гавел. Неисключено, что в этой стране есть «своё средневековье», легко допустить, что и там массовая школа не лишена пороков (у массовой школы во всём мире есть «родовые» пороки, о которых всё больше говорят специалисты). Недавно пришлось посмотреть пронзительный документальный фильм о проститутке и наркоманке из Праги, окунуться в мрачную атмосферу «чрева» столичного города. Прага – прекрасный город, но её задворки, её «дно», такое же уродливое, как и во многих других мегаполисах. Несомненно, есть в этой стране множество других серьёзных проблем. При всём при том, Чехия остаётся Чехией. И именно президентом подобной страны был Вацлав Гавел.

Признаюсь, всегда испытывал симпатию к чешской культуре. Мне импонировало, что любимый чешский герой - плутоватый и простодушный Швейк. Мне по душе «убийство по-чешски», что означает только мысленное убийство. Мне нравится, что сами чехи считают себя тружениками и не столько гордятся этим, сколько иронизируют над этой повинностью «ломовой лошади». Одним словом, чехи не боятся выглядеть «швейками», не боятся иронизировать над собой, и не поймёшь, где кончается подлинная самоирония, и начинается плутовство, как защитная маска.

Конечно, как и во всех иных случаях, «моя» точка зрения, не столько моя, сколько точка зрения книг, фильмов, статей, и пр., пр. Но в подобных случаях, единой точки зрения быть не может.

Невольно хочется сравнить чехов с нами. Мы слишком серьёзны к себе, любим называть себя «нацией Бабека и Кёроглы», претендуем на то, чтобы другие относились к нам с придыханием. А в сущности, любимый наш герой, к которому относимся с добрым юмором и даже сочувствием, Мешади Ибад, который в чём-то сродни со Швейком. И мы даже не понимаем, что только тот, кто поймёт Мешади Ибада, поймёт и нас. Такого человека наши слабости не будут шокировать, а все остальные будут аплодировать нам только за то, что мы способны имитировать среднестатическую (приглаженную, выпрямленную, а потому выхолощенную) европейскую культуру.

Вернёмся к Вацлаву Гавелу, о котором, уверен, будут написаны книги, сняты фильм. Есть чему удивляться. Диссидент, один из героев Пражской весны 1968 года, стал президентом. Для меня это радостный факт, который помогает сохранять веру в разумность мира.

Вспоминаю, что в 1968 году, когда советские танки вошли в Прагу, пришёл в полное отчаяние. Казалось, ничего нельзя сделать, танки, символ бездумной силы, всегда будут побеждать. Всегда найдутся люди, назовём их «коллаборационистами», которые встанут на сторону силы, которая воспринимается как «несокрушимая». Казалось, книги книгами, но Давид никогда не в состоянии победить Голиафа. То, что произошло в Праге, в 1968 году, будет повторяться вновь и вновь. Но, пусть через много лет, случилось невероятное - вчерашний диссидент, стал Президентом. Но при этом – что не менее удивительно – стал политиком, который не считает, что в политике обязательно надо лгать и изворачиваться. Стал политиком, но не изменил своим убеждениям.

При этом президент Вацлав Гавел оказался человеком очень смелым. Он не побоялся принять у себя Салмана Рушди и Далай-Ламу, чего избегают практически все высокопоставленные политики. Когда недавно Путину попытались вручить премию «Квадрига», Гавел заявил, что вернёт свою награду, и премию никому не вручили (не в этом ли одна из причин того, что Россия, использовав формальный повод, проигнорировала смерть Гавела). И, как итог всей жизни, согласно завещанию на могильной плите Гавела, будут написаны только его имя, фамилия и годы жизни. Действительно, как изящно выразился один из авторов, «во всём что делал и сделал Гавел, была бесподобная чистота линий, прозрачность и изящество».

Можно согласиться с тем, что Гавела назвали «Дон Кихотом Пражским». После подобного «Дон Кихота» легче поверить древним грекам. Станешь и останешься верным себе, взойдёшь на уровень «пайдейи», мир в ответ откроется навстречу и увидит тебя. Это удаётся не многим, потому что не у многих хватает воли и внутренней пластичности.

Осталось сказать о знаменитом эссе Вацлава Гавела «Сила бессильных», написанного в 1978 году. Оно имеет огромное значение и для нас, современных азербайджанцев. Сегодня, растёт сопротивление произволу властей, но по-прежнему в сознании большинства людей главенствует убеждение, что ничего нельзя сделать, что глупо и бессмысленно противостоять власти, у которой столь мощные ресурсы.

В своём эссе Гавел писал, что активное меньшинство в авторитарном обществе обязано сопротивляться. И обращал внимание на то, что не только авторитарная система «отчуждает человека, но и отчуждённый человек одновременно поддерживает эту систему, как своё уродливое детище. Как унизительное отражение своего собственного унижения. Как доказательство своего падения».

Есть над чем задуматься. Понимаем ли мы цену собственного унижения. Понимаем ли мы, что униженный человек видит только собственное отражение в мире. Этот, его собственный лик, подсказывает ему, что в «мире», «всё безнадёжно», «унижайся, приспосабливайся, так делают все». Наконец, не верь в «силу бессильных». И подобный униженный человек даже не понимает, что мир просто насмехается над ним, оставив ему в удел только третье греческое слово, о котором говорилось выше.

Смерть Вацлава Гавела и Ким Чен Ира в декабре 2011 года, стала своеобразной рамкой для многих событий прошедшего года. Об этом в следующий раз.

Статья отражает точку зрения автора

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG