Доступные ссылки

В прошлый раз я говорил о том, как смерти двух землян Вацлава Гавела и Ким Чен Ира были восприняты и пережиты в двух странах и во всём мире. Различие оказалось почти знаковым. Будто незримый «драматург» придумал неэвклидово пространство, в котором два события оказались лицом к лицу. Чтобы могли они просвечивать, облучать друг друга смыслами, чтобы мы – те, кто способен думать – задумались над этими смыслами.

Чуть огрубляя, можно признать, что в мире продолжается противостояние цивилизации и варварства, или если говорить древнегреческими словами, которые использовал в предыдущей статье, «пайдейи» и «алетейи» с одной стороны, «идиотизма» с другой. Конечно, не буду упрощать. Между цивилизацией и варварством нет китайской стены, да и не существуют они в стерильном виде. Всё не так просто. У самых цивилизованных стран можно обнаружить своё «средневековье», которое сродни варварству. Само варварство не всегда столь откровенно, как в сообщениях о «скорби самой природы по поводу смерти «великого руководителя». Оно может существовать в самых скрытых формах и до поры до времени себя не обнаруживать. Но, подспудно, противоборство цивилизации и варварства существовало, и будет существовать, всегда. Причём не обязательно по разную сторону баррикад, не реже, внутри цивилизованной страны и цивилизованного человека.

В 2011 году выделим два события в мире: европейский финансовый кризис и то, что получило название «арабская весна».

ЕВРОПЕЙСКИЙ ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС

Судить о его масштабах, о том, как он будет развиваться и к чему приведёт, оставляю экономистам, финансистам, и другим специалистам в этой области. Со своей стороны, поскольку всегда ратовал за европейский путь развития Азербайджана, могу сказать следующее.

Во-первых, не следует пугаться слова «кризис» и придумывать различные «страшилки». Якобы Европа (Запад) погрязла в безнравственности, что наступил «закат Европы», и пр., пр. Около ста лет назад О.Шпенглер написал свою знаменитую книгу «Закат Европы» и с тех пор её используют как жупел (в прямом смысле слова, пугая «геенной огненной», расплатой за грехи, и пр.) для слабонервных. На мой взгляд, сегодня книгу Шпенглера, прежде всего, следует воспринимать как предостережение от чрезмерной унификации и стандартизации мировой культуры. Не более того.

Во-вторых, становление европейской идентичности достаточно болезненный процесс, никто не возьмётся предсказать, насколько он реален, как будет соотноситься со сложившейся в мире национальной идентичностью (которая тоже не природой придумана, а человеком), не приведет ли этот процесс к тому, что практически в каждой европейской стране будет происходить «война идентичностей». Тем более, эмиграция в евроатлантические страны вряд ли в ближайшее время иссякнет.

Одним словом, проблем множество, сами европейцы постоянно твердят о «закате», о падении нравов, об абсурдности мира (умные люди могут продолжать и продолжать этот список), но вряд ли здравомыслящая Европа вновь будет искать спасение в утопиях, всё равно фашистских, коммунистических, религиозных, или каких-то иных.

Перейдём к событиям «арабской страны», которые, и в политическом, и в гражданском смыслах, имеют огромное значение для нашей страны.

«АРАБСКАЯ ВЕСНА»

Почти год тому назад, в Тунисе, начались волнения, которые привели к т.н. «жасминовой революции». Революция в Тунисе перекинулась на другие арабские страны, и пока трудно сказать, какими окажутся последствия «арабской весны» и для самих этих стран, и для региона, и для мира в целом.

Исторический опыт подсказывает нам, что революции, тем более кровавые, приносят много бед. Нередко вырываются наружу самые низменные, самые глухие, человеческие страсти. Варварство в чистом виде. Как этого избежать? Казалось бы, для того и существует культурный опыт человечества, чтобы сдерживать эти разрушительные инстинкты, как внутри каждого человека, так и внутри толпы. Опыт этот говорит, что власть должна быть сменяемой и подконтрольной обществу, тогда никаких революций не будет. Так просто. Почему же, в тех же арабских странах, власть не сменялась на протяжении десятилетий? Почему образованные люди, придя к власти, монополизируют право решать судьбы страны и общества? Почему образованность оборачивается откровенной невежественностью (вы не забыли еще смысл греческого слова «идиот»), провоцируя негодование различных слоёв общества?

… Добавлю. Почему у нас в стране власть решила, что ресурсы страны принадлежат одной семье, которая может бесконтрольно и расточительно ими распоряжаться? Разве не понятно, что в таких случаях, даже в образованном человеке (вы не забыли, что речь идёт о пластичном человеке, способном управлять своими эмоциями), прорывается агрессия, стремление самым жестоким, самым варварским способом отобрать всё, Или «арабская весна» не имеет никакого к нам отношения? Ведь нашей стране нет «аналогов» в мире...

Не знаю как вам, мне страшно было смотреть на растерзанного Каддафи, к которому никогда не питал особой симпатии. И осознавать, что варварство в Ливии вырвалось наружу, и еще долго будет властвовать над сознанием людей.

Не знаю как вам, но мне горько смотреть, как на носилках вносят в здание суда смертельно больного Мубарака. Понимаю, заслужил, понимаю, должен отвечать перед судом за содеянное, но возникает непроизвольная жалость к поверженному и беспомощному человеку. Почему же он довёл до этого свою страну и как теперь вернуть её в нормальное русло?

Конечно, всем странам и народам хочется пожелать: если уж революция, то лучше не «оранжевая», не «жасминная», а «бархатная». Чтобы без крови, чтобы люди садились за стол переговоров, не для того, чтобы другого загнать в угол, а чтобы договориться. Но, увы, понимаю, что для многих стран это - утопия. Такое возможно только в стране, в которой граждане не бояться выглядеть «швейками», в которой, чтобы утолить гнев «убивают» мысленно, в которой президентом может стать такой человека как Вацлав Гавел, с его философией «силы бессильных».

Что до остальных стран – включая и нашу – то власти в них убеждены, что «сила бессильных» у них невозможна, что во всех случаях решают сила и деньги, что их народ более безвольный, чем в других странах, а политики, искуснее других. Поэтому они и тешат себя иллюзией, что их власти ничего не угрожает.

Мне приходилось комментировать слова нашего «независимого депутата», которая «лично (?!) не сторонник революции снизу» и убеждена, что «большая часть молодёжи, видя позитивные преобразования в стране, лояльна к властям» и следует просто дождаться результатов борьбы с коррупцией, которую начал «нынешний президент».

Дождались, кампания закончилась, коррупция, естественно, осталась. Приходится согласиться с мнением Transparency International, что если индекс восприятия коррупции в Азербайджане ниже 3 баллов, то это «свидетельствует о том, что власти данной страны не хотят бороться с коррупцией». «Не хотят» в данном случае означает, хотели бы, но малой кровью, сохраняя власть и полный контроль над ресурсами страны. По другому, действительно, «не хотят».

С позицией «независимого депутата» более или менее ясно. Ей важно отметиться в лояльности к власти, а заодно выразить своё сокровенное желание, чтобы ничего не менялось, и чтобы она сохранила все свои преференции. Вопрос в другом. Можно ли избежать «революции снизу», при той сюрреалистической смеси советского, феодального и капиталистического (без самого ядра капиталистической системы, свободной рыночной экономики), которую соорудила наша власть.

Признаюсь, вопрос, «на что рассчитывает наша власть», остаётся для меня загадкой. На то, что ресурсов на их век хватит, а заглядывать за «пятидневный мир» (beş günlük dünya) бессмысленно? На то, что силовые структуры смогут своевременно подавить любые очаги сопротивления? На то, что поскольку власть сумела подавить «дни гнева» молодёжи в 2011 году, не будут исключением и последующие годы? Или на то, что азербайджанцы никогда не смогу проявить организованность подобную «Лиге избирателей» в России?

Таковы для меня грустные итоги 2011 года, на фоне фанфарных заверений о темпах экономического развития страны, посрамляющих весь остальной мир.

И вновь задумываюсь над тем, что сегодня, в XXI веке, только ум и образованность могут образумить лидера, не дать ему чрезмерно упиваться своей силой.

Приведу две цитаты из знаменитой книги Алексиса де Токвиля «Демократия в Америке», которые как раз разъясняют ограниченность упования на силу.

«Когда мне говорят, что законы недостаточно суровы, а подданные неистовы, что страсти горячи, а добродетель бессильна, и поэтому нельзя и думать о расширении демократических прав, я отвечаю, что об этом следует думать именно по всем этим причинам»;

«(Деспотизм) нередко представляется средством от всех перенесённых страданий, опорой законных прав, поддержкой угнетённых, основой порядка. Народы забываются в обстановке временного благополучия, которое он порождает, а пробуждаются они уже в жалком состоянии. Свобода, напротив, обычно рождается в бурях и с трудом укрепляется среди гражданских разногласий. Её достоинство можно познать только тогда, когда она достигает почтенного возраста».

Эти мысли (как и вся книга в целом) имеет значение не столько для нашей власти, сколько для наших граждан. Я бы даже сказал для нашей ментальности, которая преувеличивает значение силы и быстренько сдается, если есть крыша над головой и продукты в холодильнике. Все та же боязнь вырваться из представлений о «пятидневном мире».

Есть другая наша беда, которую можно отнести к проявлениям «неоколониального сознания». Нам всё время мерещится, что другие нас мало знают, что стоит усилить пропаганду нашей культуры, как весь мир придёт в восторг. Нам представляется, что любой человек, учёный, артист, спортсмен, должен стремиться к тому, чтобы все в мире узнали про «analoqu olmayan» то ли народ и культуру, то ли власть этой страны.

Вот почему победа в конкурсе Eurovision и предстоящий в Баку конкурс представляются нам явлением почти вселенского значения. Остаётся надежда (не очень большая) что после мая мы немножко успокоимся и поймём - надо жить не для того, чтобы поразить других, а для того, чтобы понять самих себя. Так спокойнее и удобнее. И другие лучше относятся.

Невольно подумал: может быть «пайдейа» относится не только к отдельному человеку, но к отдельному народу? И нам ещё долго следует «образовываться».

P. S. Борьба за «analoqu olmayan», а по существу за то, чтобы выглядеть более значительными, чем мы есть на самом деле, продолжается.

Теперь мы планируем потратить 125 миллиардов долларов, чтобы построить километровый небоскрёб, который станет самым высоким зданием в мире. Главное - парадный въезд для первых лиц и их гостей. А что вокруг, кого это волнует…

P.P.S. Уже после выхода статьи узнал (признаюсь и очень обрадовался), что в прошлом году молодёжь из АФУ («Azad Fikir Universiteti») издала на азербайджанском языке книгу Вацлава Гавела «Сила бессильных» (“Gücsüzlərin gücü”).

Всего 500 книжек, но любое большое дело начинается с первого шага.

Статья отражает точку зрения автора

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG