Доступные ссылки

"Я не буду кандидатом, если меня выдвинут, и не стану служить президентом, если меня изберут".

Эта фраза известна в политической истории США как "зарок Шермана". Его дал себе и стране генерал Уильям Текумсе Шерман, полководец северян в годы Гражданской войны, преемник Улисса Гранта на посту главнокомандующего. В 1884 году взоры боссов Республиканской партии обратились в поисках достойного кандидата к нему, но Шерман без колебаний отклонил предложение. Республиканцы тогда проиграли выборы.

Мало кто из американских политиков находил в себе силы побороть искушение в подобных обстоятельствах. В 1983 году Шермана перефразировал конгрессмен Мо Юдалл. "Если меня номинируют, – сказал он, – я удеру в Мексику. Если изберут, буду сопротивляться экстрадиции". Генерал Дэвид Петреус, когда его спросили, не собирается ли он участвовать в выборах 2012 года, дословно повторил зарок Шермана.

Начало традиции оставаться на посту президента не более двух сроков положил первый президент Джордж Вашингтон. Но было бы неверно утверждать, что традиция соблюдалась вплоть до 1940 года, когда ее нарушил Франклин Рузвельт. Просто другие попытки избраться трижды не удались.

Улисс Грант в 1876-м, после двух президентских сроков, ушел на покой, а в 1880 решил еще раз попытать счастья, но не смог получить партийную номинацию. Вице-президент Тедди Рузвельт стал президентом после убийства Уильяма Маккинли в 1901 году, отработал в Белом Доме три с половиной года, был переизбран на второй срок, затем вышел в отставку, но в следующем избирательном цикле снова стал кандидатом, на сей раз третьей партии, однако пришел вторым.

Но самое интересное, что из 44 президентов США только 13 находились на посту главы государства два полных срока.

Семеро не дожили – умерли своей смертью или были убиты. Семеро отказались от переизбрания. Пятеро хотели, но проиграли партийную номинацию другому кандидату. Девять президентов получили номинацию на второй срок, но не были избраны. 19-й президент, Резерфорд Хейс, назначенный на пост в 1876 году специальной комиссией Конгресса большинством всего в один голос, обещал не избираться на второй срок и сдержал слово. Гарри Труман в 1952 году не стал избираться на третий срок, хотя уже ратифицированная к тому времени 22-я поправка о двух сроках на него не распространялась. Ричард Никсон в 1973 году был вынужден уйти в отставку через полтора года после вступления в должность во второй раз; если бы он не ушел, его выгнали бы импичментом.

Ни для кого из президентов-односрочников конец света не наступил. Многие и зарабатывать стали гораздо больше, и уважение снискали бóльшее, чем на посту президента. Например, 27-й президент Уильям Говард Тафт стал председателем Верховного Суда США, считал эту должность вершиной своей карьеры и говорил, что даже забыл, что когда-то был президентом. Джимми Картер уже в отставке получил Нобелевскую премию мира и заработал миллионы своей литературной деятельностью.

"Рассматривая вблизи пороки и слабости, свойственные многим из людей, управляющих Америкой, можно прийти в изумление, узнав, что богатство народа растет, – писал Алексис де Токвиль в своем классическом труде "Демократия в Америке". – Подобное изумление совершенно неуместно. Процветание американской демократии обеспечивается отнюдь не выборными должностными лицами. Оно обеспечивается тем, что эти лица назначаются выборным путем".
Именно так. Общественное благо составляют не моральные и деловые качества выборных лиц, а сам по себе факт их выборности. Цепляются за власть лишь неуверенные в себе вожди.

Мы часто слышали от кремлевского агитпропа ссылки на Франклина Рузвельта, избиравшегося четырежды. Но президент России уже превзошел Рузвельта продолжительностью пребывания на посту. Рузвельт был президентом 12 лет, два месяца и 24 дня. Путин, считая с 9 августа 1999 года, когда он был назначен и. о. премьер-министра, остается у власти уже 12 лет и 9 месяцев.

Никарагуанскому диктатору Анастасио Сомосе-младшему приписывается фраза, будто бы сказанная им после выборов 1974 года в ответ на обвинения оппонентов в фальсификации результатов: "Вы выиграли выборы, а я — подсчет голосов".

При всех ухищрениях преступного ума технология ушла ненамного дальше схемы, описанной Маркесом в романе "Сто лет одиночества":

"Выборы прошли спокойно. В воскресенье, в восемь часов утра, на площади была установлена деревянная урна под охраной шести солдат. Голосование было совершенно свободным, в чем Аурелиано мог убедиться сам – почти весь день он простоял рядом с тестем, следя, чтобы никто не проголосовал больше одного раза. В четыре часа дня барабанная дробь возвестила о конце голосования, и дон Аполинар Москоте опечатал урну ярлыком со своей подписью. Вечером, сидя за партией в домино с Аурелиано, он приказал сержанту сорвать ярлык и подсчитать голоса. Розовых бумажек было почти столько же, сколько голубых, но сержант оставил только десять розовых и пополнил недостачу голубыми. Потом урну опечатали новым ярлыком, а на следующий день чуть свет отвезли в главный город провинции."

В антиутопии Евгения Замятина "Мы", запрещенной при советской власти, описаны выборы в тоталитарном государстве будущего:

"Завтра я увижу все то же, из года в год повторяющееся и каждый раз по-новому волнующее зрелище: могучую Чашу Согласия, благоговейно поднятые руки. Завтра – день ежегодных выборов Благодетеля. Завтра мы снова вручим Благодетелю ключи от незыблемой твердыни нашего счастья. Разумеется, это не похоже на беспорядочные, неорганизованные выборы у древних, когда – смешно сказать – даже неизвестен был заранее самый результат выборов. Строить государство на совершенно не учитываемых случайностях, вслепую – что может быть бессмысленней?"

В сегодняшней России многие именно так и считают. И убеждены, что американсие партийные боссы обо всем договариваются заранее, а президентская кампания – это только дымовая завеса, балаган для простонародья.

"Ну, вот можем себе представить такую ситуацию, что, например, Барак Обама начал бы конкурировать с Хиллари Клинтон? А я напомню, что они оба были в отборе на должность Президента. Ну невозможно себе представить! Они оба из демократической партии, и они принимали решение, исходя из того, кто способен принести лучший результат."

Это нам рассказывал президент Медведев. Одно из двух: либо ему морочат голову советники, либо он морочит головы нам. Уж кто-кто, а Барак и Хиллари бились до последнего патрона. Как бьются сейчас кандидаты республиканцев.

В России слова "проснуться в другой стране" имеют тревожный оттенок. Никогда не знаешь, какой будет эта другая страна. И чаще всего случалось – та же самая, но хуже. Было время – засыпáли снова в надежде на авось. Но теперь вот бессонница...
XS
SM
MD
LG