Доступные ссылки

Адам Михник достаточно известен. Польский диссидент, публицист, редактор самой популярной, ежедневной польской газеты «Выборча». Но главное в другом.

Адам Михник наряду с Лехом Валенсой, Яцеком Куронем, другими, стоял у истоков польской «Солидарности». А польская «Солидарность» это не только яркая страница польского рабочего движения второй половины ХХ века.

Локальное событие, стало катализатором цепи других событий, которые сначала расшатали, а, в конце концов, разрушили коммунистический блок. Замечу только, что как писал британский историк Тимоти Гартон Эш, «секрет польской оппозиции состоял в том, что люди, совершенно друг с другом несогласные в сфере идеологии или утопии, пришли к согласию в стратегии, в деятельности». Отдам должное согласию польской оппозиции, но любой вменяемый человек понимает, что «коммунизм» был обречён, прежде всего, в силу утопичности и недееспособности его идей.

С Адамом Михником мы сначала встретились в Грузии (Тбилиси, Телави) потом переехали в Баку: 3 дня в Грузии, 2 дня в Баку. Выяснилось, что мы не только из одного поколения, мы - «единой крови», у нас практически единый взгляд на события, которые происходили и происходят в мире.

Существенная разница только в том, что Адам Михник борец до мозга костей, со студенческих лет основал собственный неформальный «Клуб искателей противоречий», несколько раз был арестован, но не только не сломался, но остался верен своим убеждениям.

Меня, скорее можно отнести к созерцателям, хотя не скрою, было лестно, когда А. Михник назвал меня «ангажированным гуманистом».

Открывая одну из встреч с Адамом Михником в Баку, я сказал, что нам важно, во-первых «разговорить» историю, не только свидетелем, но и участником которой оказался А. Михник.

Во-вторых, «разговорить» человека, который с юных лет выбрал путь борьбы, и сохранил не только внутреннюю стойкость, но и душевное равновесие.

В-третьих, «разговорить» самих себя, которые столь быстро разочаровываются в собственных возможностях.

В этом смысле симптоматичен следующий рассказ Михника.

В одном разговоре с ним Вацлав Гавел пожаловался на то, что у чехов нет такого борцовского характера как у поляков, нет такого стремления к свободе, они предпочитают попивать своё пиво в баре, не обращая внимания на события, которые происходят вокруг. Через полгода после этого разговора «равнодушные» чехи избрали Вацлава Гавела своим президентом.

АДАМ МИХНИК – ВЕСЁЛЫЙ ЧЕЛОВЕК

По списку британской газеты Financial Times (май 2006 года), Михник один из 20-ти наиболее влиятельных журналистов мира. В 2000-х годах он печатался в таких влиятельных изданиях как «Шпигель», «Монд», «Вашингтон Пост». Его приглашают во все европейские и американские города, как в элитные, так в научные и университетские круги. Но при этом в Адаме Михнике совершенно нет спеси, он очень простой в общении, улыбчивый, ироничный в отношении к самому себе, человек.

Когда его спрашиваешь, как случилось, что его не сломали ни тюрьмы, ни давление властей, он отвечает, что ему просто повезло.

Конечно, времена временам рознь, но в одних и тех же обстоятельствах, одни впадают в уныние, ополчаются на всех, а другим удаётся сохранить спокойный нрав, и терпимость даже к тем, кто способствовал их преследованиям и аресту.

Михник признаётся, что «ещё в тюрьме обещал себе две вещи: во-первых, никогда не вступать ни в какую ветеранскую организацию, где будут давать ордена за борьбу с коммунизмом, а во-вторых, - никогда никому не мстить».

Может быть, поэтому даже когда оппозиция пришла к власти, министерским должностям он предпочёл журналистику. Предпочёл внутреннюю свободу.

Коснусь одного момента, чрезвычайно актуального для нас сегодня. Павел Кудюкин как-то сказал, что «Адам Михник сумел преодолеть старое польское противоречие между «повстанческим романтизмом» (вспомните трагический финал фильма великого Анджея Вайды «Пепел и алмаз» - Р.Б.) с его пренебрежением к соотношению сил, презрением к реальной политике, и «позитивизмом», ориентированным на созидательную работу, но при этом всё время балансировавшим на грани коллаборационизма с оккупантами».

Думаю, многим из нас, и не только политикам, необходимо найти подобный баланс между «романтизмом» (в нашем случае, скорее романтическим нигилизмом) и «позитивизмом» (в нашем случае, умением действовать в конкретных ситуациях, без бунтарской позы и пораженческих настроений).

Адам Михник живой, весёлый, порой парадоксальный человек. Он может запальчиво сказать, «с властью можно разговаривать, только приставив ей револьвер к виску», или шутливо призывать своих российских друзей «создавать коалицию против идиотов по обе стороны границы», но никогда не становится заложником своих же слов.

В реальности, он не просто призывает к компромиссу и переговорам, но, прежде всего, к долгой, терпеливой работе, благодаря которой в той же Польше, интеллигенция смогла преодолеть свою безучастность, и пойти навстречу восставшим рабочим (как я позволил себе пошутить на встрече с А. Михником, у нас нет «Гданьской судоверфи», но оба понимали, «Гданьская судоверфь» есть всегда).

Завершу словами российской журналистки Зои Ерошик:

"Опыт, конечно, непередаваем. Но как пример усилия – вдохновляющая штука. Если у нас хватит ума, сил и воображения вдохновиться этим примером усилия".

Добавлю только, что «вдохновляющая штука» усилия весёлого человека, несмотря ни на что, сохранившего душевное равновесие.

ЛЮСТРАЦИЯ ИЛИ ПОДВЕДЕНИЕ ЖИРНОЙ ЧЕРТЫ

В частных и публичных беседах с Адамом Михником мы затронули множество тем. Остановлюсь только на двух: проблема люстрации и проблема национализма.

Так уж случилось, что буквально за неделю до приезда Михника, мы обсуждали проблему люстрации. Один из нас яростно обвинял президента Эльчибея в том, что во время его правления не был принят такой закон. Тем самым, он оградил бы нас от тех лиц, которые занимали высокие советские посты и позже заняли их в независимом Азербайджане.

По моему мнению, в начале 1990-х годов принять такой закон был бы очень опасно, поскольку он ещё больше расколол бы взбудораженное общество, не способное отделить «зёрна от плевел».

Задали мы этот вопрос и Адаму Михнику, и он решительно высказался против закона о люстрации. Какова была его логика?

В своё время, вопрос этот обсуждали Адам Михник с Вацлавом Гавелом. Они пришли к выводу, что крайние позиции, с одной стороны полная люстрация, а с другой «политика жирной черты», к которой призывал в своё время польский премьер Тадеуш Мазовецкий, одинаково опасны. Нужно суметь проплыть между Сциллой и Харибдой, чтобы избежать чувства мести и «охоте на ведьм», и в то же время, суметь вскрыть нарыв, иначе он будет продолжать выделять яд и отравлять весь организм.

Как же быть в наших условиях? Как суметь проплыть между Сциллой и Харибдой? Ясно одно, рано или поздно подобный закон принимать придётся, по крайней мере, устанавливая запрет на высокие государственные должности для тех, кого можно назвать «советскими функционерами». Только не следует рубить с плеча и избегать чувства отмщения, неизбежного там и тогда, где и когда множество людей чувствуют себя «оскорблёнными и униженными». Не забудем предупреждение мудрого А. Михника: «люстрация - это посмертный триумф органов госбезопасности».

Отмечу только, что в Грузии в 2011 году принят закон, который получил название «хартия свободы». Согласно этому закону, бывшим партийным и комсомольским работникам, сотрудникам и осведомителям КГБ СССР запрещено занимать должности в госаппарате. Советская же символика приравнена к фашисткой и запрещена (если же она представляет художественную ценность, место ей в музее «Советской оккупации»).

«НАЦИОНАЛИЗМ: ЧУДОВИЩЕ ПРОБУЖДАЕТСЯ»

Слова эти принадлежат Адаму Михнику, как и другие его слова о том, что «национализм – последняя стадия коммунизма».

Было бы наивным, более или менее подробно говорить здесь об этой проблеме. Просто мне представлялось важным обратить внимание на то, что думает по этому поводу Михник.

При всей своей эрудированности, он, прежде всего, журналист, а не теоретик, и делает выводы на основе собственных наблюдений, и бесед с людьми.

Он пришёл к таким выводам, потому что прекрасно понимает, что такое польский национализм и сколь опасны рассуждения о том, что «истинный поляк может быть только католиком» и т.п.

Он пришёл к таким выводам после бесед с «югославскими» интеллектуалами, когда убедился, что их национальные страсти сильнее потребности в совместной борьбе за демократию. Он пришёл к таким выводам, поскольку каждый раз убеждался к чему ведет примат коллективных ценностей над правами человека, что, собственно говоря, и позволяет сближать столь различные феномены как «коммунизм» и «национализм».

«Коммунизм – считает А.Михник – всегда претендовал на роль универсальной доктрины, поэтому после его падения возникает пустота».

По его же мнению, «национализм – концепция мира, согласно которой народы являются конкурентами в борьбе за выживание», что также приводит к «пустотам», которые заполняет бездумный радикализм.

Информационные войны в эпоху Интернета оживили эту конкуренцию, но хочется надеяться, что в обозримом будущем, именно Интернет позволит создать «коалицию против идиотов», пытающихся в глобальный век спрятаться в «национальные квартиры».

Не следует забывать мысль Ф.Грильпарцера о том, что победа национализма над гуманизмом открывает тиранам путь к власти». Эту мысль А.Михнику напомнил один из его сербских собеседников, я транслирую её дальше, и хочется надеяться, что вопреки «чудовищу национализма» в мире существует эстафета здравых мыслей и здравых поступков.

Над этим нам всем стоит задуматься.

Уже после отъезда Адама Михника, ко мне обратились молодые люди, которые выразили сожаление, что им не удалось встретиться и побеседовать с известным польским журналистом. Я им ответил, что Адам Михнику был в восторге от Баку, ему очень понравились люди, с которыми ему пришлось здесь встретиться, и он выразил надежду, что это не последний его приезд в Баку.

P.S. В дни приезда А. Михника, в Баку проходил Второй Международный Форум. В очередной раз мы должны были продемонстрировать миру нашу, неизвестную другим странам и народам, толерантность.

В один из дней, мы, два доктора философских наук, решили послушать, что говорят о проблемах конвергенции наук крупнейшие учёные мира, собравшиеся на Форум. Нас не допустили до высоких гостей: как выяснилось, решение этого вопроса не в компетенции даже президента нашей Академии наук.

По-видимому, как и многое другое, и «толерантность» у нас только для избранных, тех, кто продемонстрировал свою лояльность к властям.

Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно.

Статья отражает точку зрения автора

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG