Доступные ссылки

В Турции продолжается общественная дискуссия о причинах и последствиях недавних массовых протестов, вызванных недовольством широких слоев населения политикой правительства страны. Среди последовательных критиков премьер-министра Реджепа Эрдогана живущий в политической эмиграции во Франции турецкий прозаик Недим Гюрсель, автор двух десятков романов. Некоторые из его книг "Время женщины", "Последний трамвай", "Дочери Аллаха" стали европейскими бестселлерами. Недавно Гюрсель удостоен престижной литературной премии Prix Méditérranée за роман "Дьявол, ангел и коммунист", посвященный жизни поэта Назыма Хикмета. В свое время этой награды были удостоены Умберто Эко, Амос Оз, Хуан Гойтисоло и другие выдающиеся писатели.

Писатель и переводчик его произведений на русский язык Марина Букулова в интервью РС размышляют об общественно-политической ситуации в Турции.

– Получивший признание в Европе, у себя на родине Гюрсель подвергался судебному преследованию. Вместе с тем это не мешает ему ездить в Турцию и встречаться со своими читателями. Как вы полагаете, можно ли в таком случае называть его диссидентом?

Марина Букулова: Да, я думаю, Гюрсель несомненно относится к писателям-диссидентам. Он живет во Франции с 1971 года, когда в Турции на него завели уголовное дело в связи со статьей о Горьком и Ленине. Этот текст литературного характера появился за полгода до начала судебного процесса и был посвящен переписке Ленина и Горького до и после революции. Гюрсель тогда был совсем молодым человеком, он остался в Париже, окончил Сорбонну. В 1979 году он вернулся в Турцию, но в 1980 году в стране произошел военный переворот. У Гюрселя на тот момент было две книги. Первая сборник рассказов "Бесконечное лето", в которой он описывал события 1971 года, эта книга получила премию Турецкого лингвистического общества. Гюрселя обвинили в оскорблении государственных сил безопасности, а из-за следующего романа, "Книга женщины", его обвинили в безнравственности. Военный суд завел дело, и Гюрсель был вынужден вновь покинуть страну. С тех пор Стамбул стал для него, как он сам говорит, домом, в который он не возвращается, а приезжает.

– Судьба писателя в современной Турции в чем-то схожа с судьбой писателей-диссидентов в СССР. Но в СССР существовал тоталитарный режим, тогда как Турция – страна с развивающейся демократией. Как объяснить этот парадокс?

Недим Гюрсель: По моему убеждению, в Турции так и не удалось установить демократический режим в его настоящем понимании. Нынешнее правительство становится все более авторитарным. Для меня, как для писателя, очень важны свобода мысли и слова. Эта свобода одно из непременных условий настоящей демократии. Между тем два года назад на меня завели уголовное дело по обвинению в оскорблении чувств верующих на страницах моего романа "Дочери Аллаха". Но в действительно светском демократическом обществе не может существовать такого обвинения, как "оскорбление религиозных чувств". Иначе такое общество называется теократическим, а не демократическим. Следовательно, хотя Турция, стремясь войти в Европейский союз, продвинулась по пути становления демократии, о настоящей демократии в Турции говорить нельзя. И последние события события вокруг парка Гези это доказали.

– Некоторые журналисты и политики сравнивают события в парке Гези с "арабской весной"? Есть ли вероятность гражданского противостояния в Турции?

Недим Гюрсель: Не думаю, что правильно сравнивать события в парке Гези в Турции с "арабской весной". Они больше похожи на события, произошедшие в Париже в мае 1968 года: выступления в парке Гези начались с акции экологов, но вскоре приняли массовый характер. Я видел протестную акцию своими глазами. Участниками ее была по большей части молодежь, не состоящая ни в каких политических партиях. Теперь кажется, что события в парке Гези закончились, но я думаю, необходимо извлечь из них важные уроки.

– Марина, вы часто бываете в Турции. Можно ли говорить о растущей исламизации этой страны?

Марина Букулова: Нет, я совершенно ничего такого не ощущаю. Турция абсолютно светская страна. Эрдогана обвиняют в исламизации страны, но, я думаю, что это неправильно. Потому что согласно статистическим данным, за последние 20 лет во время правления Эрдоган в стране было продано столько алкоголя, сколько не было продано за предыдущие сколько-то лет. До того как Эрдоган пришел к власти, в стране продавался только один вид ракы, а теперь целых пять марок!

– Продажа алкоголя в Турции запрещена, власти крайне озабочены выполнением норм ислама. Все больше говорят, многие граждане Турции устали от наставлений премьер-министра Эрдогана.

Недим Гюрсель: Да, эту модель назвали "турецкой моделью", и впервые она начала обсуждаться с приходом партии Эрдогана к власти, 10 лет тому назад. Могут ли исламские принципы ужиться с демократическими принципами? С течением времени всплывают все новые недостатки этой модели. Партия справедливости и развития не смогла установить религиозное право шариат, это и невозможно, потому что Турецкая Республика, несмотря ни на что, остается светским государством. Правящая партия, будучи консервативной, строила свою политику в рамках демократических ценностей, но постепенно стала навязывать религиозные ценности обществу. В каком-то смысле события в парке Гези являются следствием такой политики. Например, тема алкоголя, на который начали заводить ограничения. Я живу на берегу Босфора, и я не желаю пить ракы дома, словно совершаю что-то постыдное. Ведь премьер заявил, чтобы все пили дома. Премьер-министр Турции не может делать такие заявления. Я должен иметь возможность употреблять алкоголь в общественном месте на берегу Босфора. Это право свободы выбора обеспечено демократией. Уважаемый премьер Эрдоган со временем стал насаждать религиозные ценности, навязывать их обществу. Поэтому и начались беспорядки, потому и вспыхнули эти массовые протесты. Очевидно, что демократия и ислам не смогли ужиться, "турецкая модель" показала себя несостоятельной. Я, конечно, не думаю, что ислам нельзя совместить с демократией, но вот совместить шариат и демократию не представляется невозможным.

Последний по времени судебный процесс власти Турции провели против Гюрселя в 2009 году – после выхода романа "Дочери Аллаха", снова по обвинениям в безнравственности и оскорблении религиозных чувств граждан. Писатель был оправдан. Гюрсель – гражданин Франции, он преподает историю современной турецкой литературы в Сорбонне и возглавляет Центр турецкой литературы в одном из парижских исследовательских институтов.

Радио Свобода
XS
SM
MD
LG