Доступные ссылки

Отсрочка операции в Сирии - поражение США?


Волонтеры обучают школьников из города Алеппо пользоваться противогазами. 15 сентября

Волонтеры обучают школьников из города Алеппо пользоваться противогазами. 15 сентября

Можно ли назвать согласие Барака Обамы отложить военную операцию в Сирии политическим поражением США? Эту тему в беседе с корреспондентом РС обсуждают американские исследователи: профессор Браунского университета в Род-Айленде Сергей Хрущев и профессор Михаил Бернштам, сотрудник Гуверовского института в Калифорнии.

Сергей Хрущев: Я не считаю, что это вообще поражение Америки. Просто США попытались, как обычно, влезть в тот конфликт, где нас никто не ждал. И теперь наша задача – из этой ситуации постараться выпутаться. Предложение Путина об организации международного контроля за уничтожением сирийского химического оружия дает Вашингтону возможность выпутаться из ситуации с минимальными затратами, в первую очередь денежными. Потому что США воюет в долг, и эти деньги тратить не хочется, и большинство американцев не хотят, чтобы с них брали налоги, а потом вбухивали неизвестно куда.

Михаил Бернштам: В краткосрочном плане, в плане престижа США – это, наверное, поражение. А вот для администрации Обамы скорее нет, потому что президент изначально не хотел ввязываться в сирийский конфликт. Для
Поддерживать порядок в мире можно не силовым вмешательством, а тонкой дипломатией
американской политики в целом, в долгосрочной перспективе, реализация предложений России может стать для США довольно удачным выходом, потому что национальных американских интересов в победе той или иной стороны нет. В свое время государственный секретарь США Джеймс Беккер говорил во время гражданской межнациональной войны в Югославии: для Америки в этой драке между собаками нет той собаки, на которую мы делаем ставку. Это грубое, циничное выражение, но оно показывает, что когда речь идет о межнациональных и гражданских войнах, невозможно определить, какая из сторон хуже для США.

Сергей Хрущев: Россия поддерживает режим Башара Асада как единственное легитимное, по мнению Москвы, правительство, и наверное, единственную силу, которая может навести порядок в стране. С позиции России, которая инвестировала достаточно много в сирийскую экономику и в Сирию вообще, наверное, это до какой-то степени объяснимо. Когда мы говорим о том, что Америка должна исполнять роль своего рода мирового жандарма, учителя или надзирателя над всем миром, то не стоит вот о чем забывать: это невероятно дорого, и так много больших и мелких негодяев в мире, что никаких средств не хватит. Поддерживать порядок в мире можно не силовым вмешательством, а тонкой дипломатией. Мы действуем подчас очень прямолинейно: кто не с нами, тот против нас. Не думаю, что ситуацию в Сирии можно рассматривать как российско-американский гамбит, тем более, что США и Россия находятся в абсолютно разных весовых категориях. Это же не "холодная" война, не две сверхдержавы – это сверхдержава Америка и Россия, просто большая страна со своими интересами.

Михаил Бернштам: Проблема, на мой взгляд, не столько в деньгах, сколько в том, что, начиная с администрации президента Вудро Уилсона,
Со времен Первой мировой войны Америка взяла на себя роль исполнителя всемирной гуманитарной функции
Вашингтон периодически вмешивался (не очень последовательно, но тем не менее) в различные конфликты в мире, с тем чтобы спасти разные народы от гуманитарных катастроф. До сих пор в истории Америки зияющей раной остаются те конфликты, в которые США не вмешались, – геноцид в Камбодже, а потом геноцид в Руанде. Надо иметь в виду, что ведущие идеологи в администрации Обамы выросли на критике слева администрации другого демократического президента, Билла Клинтона, – за невмешательство в Руанде. Традиционные гуманитарные соображения для Америки всегда имели большое значение, и – нравится нам это или не нравится – американцы всегда вмешивались и будут вмешиваться в гражданские войны. Либо как государственная власть, либо в порядке частной инициативы (как они участвовали в гражданских войнах в Испании и в Греции). Но такого рода гуманитарные миссии, к сожалению, плохо просчитываются. Велик риск, что результат оказывается вовсе не тем, к которому стремились.

– То есть вы отвергаете гиперболу одного из британских журналистов, который назвал день выступления Барака Обамы с объявлением об отсрочке военной операции худшим днем в истории западной дипломатии?

Михаил Бернштам: Для западной дипломатии – разумеется, нет, потому что самым худшим днем было 10 октября 1938 года, Мюнхенское соглашение. Но заявление Обамы – в ряду плохих положений для западной дипломатии и, может быть, одно из худших для американской дипломатии.

Сергей Хрущев: А вот я бы не сказал, что это поражение. Я бы сказал, что это потеря качества. Сегодня США вроде должны следовать за политикой России.

– Судя по тому, что пишут и передают в эти дни российские средства массовой информации, дипломатический ход Кремля подается как крупнейшая политическая победа Москвы. Если Вашингтон проиграл, то, выходит, Москва выиграла?

Сергей Хрущев: Я думаю, что нет. Российская дипломатия сегодня сосредоточена в основном в рамках СНГ, Москва старается выстроить там единое таможенное пространство, вернуть влияние советских времен. Там могут быть победы и поражения, а вот выход на Средний Восток, который Россия давно уже потеряла, – это так, случайный эпизод. Россия, может, и правильно говорит о том, что на стороне оппозиции Асаду сегодня воюют какие-то люди из Чечни. Есть и внутриполитическая причина: Путин находится у власти очень долго и теряет популярность. У него нет тех идей, которые привлекали на его сторону людей в 2000 году. Тут сгодится и внешнеполитический козырь, хотя это тоже не крупная карта, а так, картишка.

– Американские наблюдатели высказывают сомнения в том, что идея разоружения Сирии технически осуществима. Действительно ли невозможно быстро и "достоверно" избавиться от химических арсеналов?

Сергей Хрущев: Россия решила уничтожить свое химическое оружие 25 лет тому назад и все никак не может уничтожить. Поэтому, когда говорят "уничтожьте немедленно" – чисто технологически это невозможно. Вопрос и в том, что считать выполнением задачи? Это когда в каждом хранилище стоит по солдату в голубой каске, который проверяет, что внесли и что вынесли, и вроде бы контролирует? Но всегда можно потребовать чего-то невыполнимого, чтобы использовать как повод для нанесения воздушного удара. Вы помните, когда Саддам Хусейн принял инспекторов, то потребовали: а теперь мы хотим проверить вашу спальню. Уничтожение химического оружия (его, как говорят, в Сирии тысяча тонн) – займет, наверное, десяток лет.

– Американские защитники решения президента Обамы говорят, что потенциальные проволочки Москвы и Дамаска с выполнением обещаний дадут президенту полное моральное и иное право начать военную операцию. Пойдет ли президент Обама на военную операцию, если вдруг станет ясно, что Москва и Дамаск попросту ведут двойную игру?

Сергей Хрущев: Обаме не нужны эти возможности. Никто серьезно, видимо, не верит в то, что химическое оружие будет уничтожено. Но есть другая проблема, гораздо более серьезная, – как бы оружие действительно не попало в руки Аль-Каиды. Вот это будет кошмаром!

Радио Свобода
XS
SM
MD
LG