Доступные ссылки

Бирюлево: новые вызовы для российско-азербайджанских отношений


Гражданин Азербайджана Орхан Зейналов, подозреваемый в убийстве Егора Щербакова

Гражданин Азербайджана Орхан Зейналов, подозреваемый в убийстве Егора Щербакова

Беспорядки в московском районе Бирюлево Западное снова актуализировали национальный вопрос в России. Однако помимо внутреннего измерения данное событие напрямую затронуло и внешнеполитические сюжеты. Но на этот раз дело не ограничилось привычными дискуссиями о соотношении российских интересов в «ближнем зарубежье» и готовности принимать у себя граждан советских республик Средней Азии и Закавказья. Бирюлевские инциденты оказали определенное воздействие на двусторонние российско-азербайджанские отношения.

После ареста гражданина Азербайджана Орхана Зейналова, подозреваемого в убийстве Егора Щербакова (сам этот инцидент во многом и спровоцировал массовые беспорядки), прозвучало жесткое заявление посла Азербайжана в Москве Полада Бюльбюль-оглы: «У нас тоже есть пресса, у нас тоже есть телеканалы, у нас тоже есть возможности поднять народный сход, сказать, что русский убил азербайджанца, что надо выселить всех русских, но мы же этого не делаем». МИД Азербайджана также направил ноту протеста своим российским коллегам.

Впрочем, жесткая реакция прозвучала не только из уст представителей официальных структур. Свою лепту в интерпретацию событий внесли и азербайджанские СМИ, и общественность. Так публицист Акпер Гасанов в статье с говорящим заголовком «Россия, которую мы потеряли» констатировал: «Увы, вместо того, чтобы подумать о том, как исправить положение дел, как вернуть к себе уважение и любовь жителей республик, некогда входивших в состав СССР, такие господа, как Колокольцев и Собянин, делают все, чтобы оттолкнуть от нее азербайджанцев, грузин и армян, таджиков и узбеков, украинцев и белорусов». Но, пожалуй, самое резкое заявление было сделано представителями «Организации освобождения Карабаха» (ООК), которые пригрозили русским в Азербайджане «адекватными шагами» в случае, если казусы, подобные бирюлевским беспорядкам будут продолжаться в России. Это высказывание было многократно процитировано в российских СМИ, хотя ООК и не является правительственной структурой. Как бы то ни было, а определенные настроения внутри азербайджанского общества такие люди, как лидер «освободителей» Акиф Наги выражают.

Перед тем, как отвечать на эти вопросы необходимо в самом сжатом виде рассмотреть общую динамику двусторонних отношений. В российской политике на Южном Кавказе Азербайджан занимает особое место. Можно сказать, что он находится между двух крайних полюсов - армянским и грузинским. С одной стороны, прикаспийская республика не входит в ОДКБ (в то время, как Армения является членом данной организации) и не планирует (опять же, в отличие от Еревана) присоединяться к Таможенному или Евразийскому союзу. Баку дорожит своим энергетическим партнерством с ЕС и США, а такие проекты с его участием, как нефтепровод «Баку-Тбилиси-Джейхан» и газопровод «Баку-Тбилиси-Эрзерум», рассматриваются в Москве как стратегически конкурентные. С другой стороны, как показали недавние президентские выборы в Азербайджане, Запад все-таки не воспринимает прикаспийскую республику, как представителя «своего мира». Да, важного стратегического партнера, но не соратника по «демократическому лагерю». Сам Азербайджан вовлечен в прагматичное партнерство с НАТО. В отличие от Тбилиси Баку не ставит своей целью войти в состав Альянса. Нет у азербайджанской внешней политики и такой стратегической цели, как членство в ЕС.

При этом азербайджанское руководство ценит поддержку Москвы по вопросам внутренней политики (преемственность между отцом и сыном Алиевыми и сохранение «суверенной демократии»). Соседство двух стран - также важный фактор. РФ и Азербайджан делят 284 км общей сухопутной границы. В отличие от Грузии азербайджанские власти не делали акцент на такой теме, как «советская оккупация». Имея такого соседа, как Иран, Азербайджан не заинтересован в каких-то внешних интервенциях в иранские или в сирийские дела. Такое вмешательство может иметь негативные последствия для Баку. Отсюда крайняя осторожность азербайджанской политики и готовность к балансированию между основными центрами силы на Кавказе и Ближнем Востоке. Все эти факторы определяют и оценки приоритетов России. С точки зрения Москвы, Армения - стратегический союзник России, а Азербайджан - стратегический партнер. В отношениях с Баку на первом плане деловые и взаимовыгодные контакты.

До бирюлевской истории отношения между Азербайджаном и Россией, казалось, демонстрировали позитивную динамику. В августе 2013 года Баку посетил Владимир Путин. Стороны показали готовность к сотрудничеству по широкому кругу вопросов, включая и военно-техническую сферу. Стоит заметить, что до путинского визита в Азербайджан две страны переживали не самый блестящий период в истории двусторонних отношений. Переговоры об эксплуатации Габалинской РЛС (военного объекта на азербайджанской территории, арендованного Россией) не увенчались успехом. Обозначились и противоречия в подходах к прокачке бакинской нефти по нефтепроводу Баку-Новороссийск. Однако визит Путина в сопровождении влиятельных министров и капитанов российского крупного бизнеса пошел на пользу. Прежние противоречия были оттенены позитивными декларациями о будущих намерениях. Прошли президентские выборы, по итогам которых Москва и Баку надеялись на продвижение навстречу друг другу. В этом плане была весьма характерна оценка представителя МИД РФ Александра Лукашевича: «У нас самые добрые, разветвленные отношения с Азербайджаном во всех областях, и я надеюсь, что новый срок президента Алиева поможет нам выйти на качественно новый уровень стратегического партнерства».

Инциденты в Западном Бирюлево нарушили позитивное развитие тренда в российско-азербайджанских отношениях. Однако не стоит спешить с выводами о тотальном похолодании. Прежде всего, следует иметь в виду, что любая дипломатическая служба, как правило, не скупится на жесткие комментарии, если речь идет о преследованиях граждан той страны, которую она представляет. Иначе встает вопрос о том, нужна ли таковая вообще. Стоит также обратить внимание на разницу потенциалов между Азербайджаном и Россией. Для маленькой страны, тем паче бывшей советской республики все то, что происходит в «бывшей метрополии» имеет огромное значение. Вспомним «перегибы» в отношении этнических грузин в 2006 году или недавнее ДТП с участием этнического армянина Грачьи Арутюняна. Все эти случаи в кавказских республиках становились новостью номер один, хотя в российском контексте они в таковом качестве не рассматривались. Но для властей и обществ кавказских республик важна не только официальная реакция российских представителей, но и «информационное сопровождение» того или иного инцидента. Автору этих строк не раз доводилось услышать из уст азербайджанских коллег следующую интерпретацию: «Ну арестовали бы этого Зейналова, меридиан бы не лопнул. Но зачем вокруг этого делать спектакль? Зачем доставлять его в кабинет главы МВД? Разве в России нет других резонансных убийств или грабежей? Ведь получается, во всем виноваты наши земляки!» Практически слово в слово схожую оценку воспроизводили их армянские коллеги после того, как на страницы газет и экраны телевизоров попала история ДТП с участием Грачьи Арутюняна. И было бы наивным считать, что главные геополитические оппоненты Баку сегодня радуются бирюлевской истории. Напротив, многие пытаются примерять эту «рубаху» на себя, справедливо полагая, что погромная практика оттолкнет от России (не властей в Кремле, а от России, как от образа и потенциально привлекательной страны) их соотечественников.

Конечно, стоит отметить, что орудия главного калибра азербайджанской политики в бирюлевской истории пока еще не сказали своего слова. Очевидно, что Баку не хотел бы переходить красные линии и идти по грузинскому пути (как это делал Саакашвили в 2004-2008 гг.). Москва также не стремится к ухудшению отношений с Азербайджаном, ибо в этом случае ее позиции на Кавказе будут ослаблены. Но кто бы что ни планировал, очевидно, что ни один руководитель Азербайджана не сможет игнорировать националистические и мигрантофобские выступления. Просто потому, что многие родственники гастарбайтеров- потенциальные избиратели, а одна из излюбленных тем оппозиционеров - это масштабная эмиграция. В ней обвиняется как глава государства, так и его команда.

Если же говорить о России, то мигрантофобия чрезвычайно затрудняет ее превращение в евразийскую державу, претендующую на роль магнита, альтернативного североатлантической интеграции. Впрочем, и любой другой интеграции вообще. Проблема ведь одним Азербайджаном также не ограничивается. Среди потенциальных претендентов на введение визового режима называются и союзники Москвы по ОДКБ (Таджикистан, Киргизия, Армения, Казахстан), партнеры по ШОС (Узбекистан). Не стоит также забывать и о русском населении в странах СНГ. Можно сколько угодно (и справедливо) критиковать за радикализм Акифа Наги, но в том же Азербайджане порядка 120 тысяч русских, в Узбекистане - более 1 миллиона человек, а в Казахстане эта цифра и вовсе превышает 3 миллиона. И если инциденты подобные бирюлевскому будут вспыхивать и дальше, никто не даст гарантий, что какие-то группы радикалов не попытаются отыграться уже на российских соотечественниках. Не говоря уже о том, что мигрантофобия внутри РФ подталкивает к власти в странах Евразии откровенных русофобов и противников российских интеграционных проектов. Тех, кто с удовольствием будет спекулировать на темах «оккупации», «имперского наследия» и аналогичных сюжетах. Крайности, как известно, подталкивают и подпитывают друг друга. И в этом плане сторонники «русской чистоты» укрепляют крайних националистов и ненавистников России за ее пределами. Только вот фокус в том, что «Россия для русских» и «Москва для москвичей» не смогут претендовать на сколько-нибудь заметную роль за рамками Садового кольца, не говоря уже о глобальной арене.

Сергей Маркедонов - приглашенный научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований (Вашингтон, США). Специально для Политком.RU

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG