Доступные ссылки

Boeing. Между трудом и капиталом


Сборка лайнеров модели Boeing 777 на заводе корпорации в Эверетте, штат Вашингтон

Сборка лайнеров модели Boeing 777 на заводе корпорации в Эверетте, штат Вашингтон

К первым выходным наступившего года руководство американской авиастроительной корпорации Boeing, крупнейшего в мире производителя авиалайнеров, заключило принципиально новое соглашение с одним из главных своих профсоюзов. Его одобрили 51% участников последнего, хотя еще в ноябре прошлого года две трети членов этого профсоюза тогдашнее предложение корпорации отвергли.

Ради достижения компромисса обеим сторонам пришлось отказаться от целого ряда своих исходных требований. При этом менеджмент Boeing не только фактически обеспечил корпорации относительно бесконфликтное трудовое будущее на период до 2024 года, но и сократил бремя ее прежних социальных обязательств перед своими работниками.

Именно такие, ранее взятые на себя раздутые обязательства привели – в условиях недавнего финансового кризиса - целый ряд крупных американских промышленных компаний к банкротству.

ЦЕНА ВОПРОСА – 40 000 РАБОЧИХ МЕСТ

Работникам вновь пришлось соглашаться на условия работодателей. Однако этому тренду в США уже не год и не два, а десятилетия. Последний финансовый кризис лишь обострил его, что особенно наглядно проявилось сначала на примере автомобильной промышленности, а теперь и авиационной.

Без нового соглашения с профсоюзом Boeing была готова перевести новейшее производство лайнеров усовершенствованной модели 777X из своей цитадели в Сиэтле на крайнем северо-западе США в один из 54 городов 22 штатов страны, которые предложили корпорации солидные налоговые льготы за такой переезд. Ставки были высоки. На новом месте Boeing намеревалась потратить 10 млрд долларов только на строительство заводских корпусов для организации дорогого и трудоемкого производства.

Чтобы предотвратить такое развитие событий, а с ним и утрату 20 тысяч рабочих мест в одной только авиаиндустрии в районе Сиэтла, не говоря уже о примерно таком же их количестве в смежных отраслях, профсоюз и принял главное требование администрации корпорации.

Сводится оно к тому, что, начиная с 2016 года, работникам Boeing перестанут начислять трудовой стаж для расчета будущей пенсии. Это значит, что пришедшие в компанию после 2015 года, уйдя на покой, вообще не будут получать пенсии по выслуге лет. Для ныне работающих 2016 год станет, соответственно, последним из тех лет, которые в такой стаж засчитываются.

При этом Boeing не снимает с себя всех обязательств по пенсиям своим работникам, речь идет лишь о солидарной их части. На накопительные пенсионные счета работников компания будет вносить ровно столько, сколько они перечисляют на них сами, но не более 10% текущей зарплаты, в течение трех лет - с 2016 по 2019 год. А затем - максимум 4% текущей зарплаты.

Осуществлявшиеся по прежним соглашениям с профсоюзами, общие пенсионные отчисления Boeing составили в 2013 году огромную сумму - 3,2 млрд долларов.

ДЕФИЦИТ КАДРОВ И ЛЬГОТЫ

Новое соглашение Boeing с профсоюзом является знаковым для всей американской индустрии, считает профессор социологии университета штата Вашингтон, где размещается штаб-квартира корпорации, Леон Грюнберг. Он – автор вышедшей в 2010 году книги “Турбулентность: “Боинг”, работники и менеджеры в Америке” (Turbulence: Boeing and the State of American Workers and Managers).

Во-первых, Boeing - ведущий американский экспортер, и любые его действия оказывают заметное влияние на деловой климат в стране. Во-вторых, компания вынудила пойти на компромисс профсоюз, который никогда прежде не уходил от конфронтации с менеджментом и через забастовки добивался от него больших уступок.

В-третьих, - продолжает Леон Грюнберг - дела у Boeing сейчас идут превосходно: рекордные прибыли, множество заказов, взлет акций на бирже!.. Крайне необычно, и что в такой ситуации менеджмент требует уступок от профсоюза, и что профсоюз на них соглашается”.

Понятно еще, когда на профсоюзы давит руководство компаний, оказавшихся на грани банкротства, как это было всего несколько лет назад в случае автомобильных корпораций Chrysler или General Motors, но нынешнее положение Boeing - совсем иное.

Однако корпорация не свернула переговоры с профсоюзом после того, как тот отклонил ее исходные предложения. Разумеется, и власти штата Вашингтон всячески подталкивали обе стороны к соглашению. Но дело было не только в этом.

Как отмечает Леон Грюнберг, профсоюз прекрасно понимал, что перевод производства в другое место был бы и для самой корпорации весьма нежелательным. И не только в смысле прямых затрат, но и в том, что касается набора новых квалифицированных рабочих – авиастроителей, сосредоточенных сегодня в США именно в районе Сиэтла.

Нынешний бум в авиаиндустрии пришелся на период, когда большое количество рабочих-станочников в ней и до трети всех авиаинженеров в США оказались на пороге пенсионного возраста. Кроме того, европейская корпорация Airbus, главный конкурент Boeing, намерена открыть в 2015 году собственный американский завод в Алабаме, что еще больше затруднит набор квалифицированных кадров.

Необходимость высоких зарплат и на новом месте плюс расходы на обучение персонала, связанные с этим неизбежные потери из-за задержек с выполнением заказов – все эти факторы и сдерживали стремление Boeing к поиску нового места для производства. И на таком фоне даже щедрые налоговые льготы, обещанные в других штатах, выглядели уже не столь соблазнительными.

Да и власти самого штата Вашингтон, где располагаются главные производственные мощности компании, от них не отставали, предложив “родной” авиаиндустрии разного рода налоговых льгот на 10 млрд долларов. Тем не менее, профсоюз в итоге предпочел не рисковать, хотя это решение и далось ему нелегко.

Переговоры с администрацией выявили глубокий раскол не только между руководством этого профсоюза в Вашингтоне и его отделением в Сиэтле, насчитывающем 32 тысячи членов, но и между рабочими и их представителями на местах, продолжает профессор Грюнберг. Сдается, что это – проблема смены поколений: уступки, ставшие частью нового коллективного договора, не затронут тех, кто собирается на пенсию уже в ближайшие годы.

“Сама по себе накопительная пенсия, на которую перейдет Boeing, отнюдь не плоха. Она просто иная, чем пенсия распределительная, - отмечает Леон Грюнберг. И главное отличие заключается в том, что если при солидарной пенсии компания брала на себя все риски, связанные с пожизненными выплатами своим работников – да еще в условиях постоянно увеличивающейся продолжительности жизни, то теперь часть этих рисков перекладывается на самих рабочих”.

Речь идет, в частности, о том, что будущие пенсионные выплаты работникам корпорации будут зависеть и от эффективности работы пенсионных и инвестиционных фондов, в которых они будут размещать свои накопления.

МОЛОДОСТЬ ИЛИ ОПЫТ?

Нынешние перемены в Boeing отнюдь не являются прецедентом: 80% всех компаний американской авиационной промышленности и военно-промышленного комплекса уже упразднили солидарную часть пенсионного страхования своих работников.

Нехватку кадров в американской авиационной индустрии отчасти нивелирует то, что работники вынуждены сегодня откладывать выход на пенсию из-за неопределенности ситуации в экономике, а также то, что в условиях сокращения оборонных заказов работники ВПК мигрируют в гражданский сектор.

Демпфирует дефицит кадров, конечно, и растущая автоматизация производства лайнеров - прежде всего, в части сборки, окраски и клепки. Однако и модель Boeing 777, и ее грядущая модификация – 777Х, предполагают немалые объемы ручной работы. К тому же изготовление нового крыла из углеродного волокна требует иных навыков, чем его производство из традиционного алюминия.

Но в целом дефицит кадров в авиаиндустрии США – факт неоспоримый. И то, что молодые специалисты, выпускники технических вузов, предпочитают идти не в консервативную отрасль авиастроения, а, скажем, в энергетические или биотехнологические компании, где им и больше платят, и открывают более широкое поле деятельности, повышая тем самым рыночный спрос на их таланты и знания, дефицит кадров в авиапромышленности только усугубляет.

Фактор этого дефицита и помог профсоюзу отстоять многие свои позиции в переговорах с руководством Boeing, напоминает профессор социологии Леон Грюнберг. По его словам, Boeing пошла на две важных уступки после того, как профсоюз отклонил исходное предложение корпорации. Во-первых, каждому работнику, в случае подписания соглашения, были обещаны два бонуса - 10 тысяч и 5 тысяч долларов - с промежутком в несколько лет.

“Во-вторых, руководство компании отозвало свое требование увеличить до 16-18 лет период, в течение которого тот или иной ее работник достигает максимума своего заработка, и вернула его к действующему сроку - 6 лет. Эта уступка была рассчитана, конечно, на то, чтобы заинтересовать соглашением молодых рабочих”.

Хотя в отношении и традиционных, и новых компаний – например, в индустрии информационных технологий - в США действует одно и то же трудовое законодательство, конфликты между работодателями и профсоюзами в первых – явление повсеместное, тогда как во вторых их вообще нет.

Объяснение, сводящееся к тому, что в индустрии высоких технологий нет трений между администрацией и профсоюзами по той причине, что профсоюзы в ней просто отсутствуют как класс, будет и логичным, и неполным одновременно. Но важнее попытаться ответить на вопрос, чем это вызвано?

Профессор Леон Грюнберг усматривает, как минимум, две причины отсутствия профсоюзов в индустрии высоких технологий. Первая заключается в том, что высокотехнологичные предприятия, в отличие от традиционных промышленных, функционируют в среде необыкновенно динамичной, требующей от них максимальной гибкости и инновационной решимости - плохо совместимой с регламентацией, которую привносят профсоюзы.

“Другая причина в том, что индустрия информационных технологий притягивает к себе людей совсем иного типа, нежели традиционные предприятия. А именно - людей предприимчивых, более индивидуалистичных, предпочитающих трудиться, скорее, уединенно, чем в коллективе, который предполагает всевозможные правила и запреты. Такие люди хорошо себя ощущают в атмосфере раскованности и дружелюбия, царящей в индустрии технологий. То есть речь просто идет о совершенно иной модели менеджмента”.

ЗАКАТ ЭПОХИ

Среди других факторов, затрудняющих формирование профсоюзов в новых отраслях американской экономики, следует назвать и такой, что в них, в отличие от более традиционной индустрии, затруднено само нормирование труда. Наконец, самой природе, например, индустрии новейших телекоммуникаций противоречит принцип старшинства или стажа, незыблемый для промышленных профсоюзов.

В этой индустрии конкретные знания зачастую ценятся гораздо больше, чем просто опыт, и новичок нередко зарабатывает намного больше, чем ветеран. Иначе в условиях глобальной конкуренции выжить трудно: сфере высоких технологий, в отличие от традиционной крупной промышленности, на защиту от иностранной конкуренции в виде протекционистских барьеров надеяться не приходится.

Но в целом - почему влияние профсоюзов в США ослабевает? Да, в государственном секторе американской экономики треть работников – члены профсоюзов, но в секторе частном их доля сократилась с 35% в 50-е годы прошлого века до 6,5% сегодня. Да и все занятые в госсекторе не превышают пятой части общей численности трудоспособного населения страны.

Наконец, если еще 40-45 лет назад количество крупных забастовок в США ежегодно исчислялось сотнями, то теперь не доходит и до двадцати.
Лучшими временами для профсоюзов в Америке оказались 30-40-ые годы прошлого века – на фоне Великой депрессии, потрясшей основы американской экономики и сделавшей ее непредсказуемой, хаотичной, отмечает в интервью Радио Свобода лауреат Нобелевской премии 1992 года по экономике, профессор Чикагского университета Гэри Беккер.

“Требовался механизм, который cделал бы отношения работодателей и работников более стабильными. Принятые в то время законы облегчили создание профсоюзов, выведя их, в частности, из-под действия антимонопольного законодательства”.

Профсоюз давал работникам возможность договариваться с работодателями коллективно, а не разрозненно, что очень важно в ситуации, когда силы сторон не равны. Политически профсоюзы должны были способствовать общей стабилизации капиталистической системы экономики, но это, по мнению профессора Беккера, оказывалось лишь вторичным. На первом месте стояла задача вызволить американскую экономику из кризиса, в котором она пребывала почти десятилетие.

“Возрождение в годы Второй мировой войны автомобильной и металлургической промышленности, которые продолжали бурно развиваться и после войны, было только на руку профсоюзам, - продолжает Гэри Беккер, – ведь речь шла о наиболее крупных промышленных предприятиях”.

Впрочем, ни в сельском хозяйстве, ни в сфере услуг профсоюзы в США не прижились, напоминает профессор Беккер. Общее же сокращение удельного веса занятых в промышленном секторе экономики США в пользу сектора услуг, с его относительно небольшими предприятиями, началось в американской экономике в 60-ые годы, откуда и берет начало постепенное ослабление профсоюзного движения.

Угасанию значимости профсоюзов способствовало и то, что федеральное правительство взяло на себя предоставление населению ряда услуг, которые раньше оказывали профсоюзы - например, охрана труда, выплата пособий по безработице, медицинское страхование, продолжает Гэри Беккер.

“Да и сами профсоюзы заметно ослабили собственные позиции нескончаемыми требованиями повышения заработной платы. Особенно явно это проявилось с наступлением эры глобализации - лет тридцать назад, когда многие промышленные компании начали переводить свои производства в другие регионы мира, с более дешевой рабочей силой”.

Профсоюзы, по замыслу политиков, должны были способствовать примирению, так сказать, труда и капитала, сглаживанию конфликтов работодателей и наемных работников. Как же будут развиваться эти отношения теперь, по мере ослабления роли профсоюзов?

Я не вижу предпосылок к усилению неких жестких проявлений в конфликтах работодателей и наемных работников, говорит профессор Гэри Беккер. Этого не происходит ни в отраслях, где роль профсоюзов по-прежнему значительна, ни в тех, где профсоюзы слабы. Американские профсоюзы никогда не были особенно политизированы и никогда массово не поддерживали радикальные партии.

Если же иметь в виду экономический аспект, то вряд ли закат профсоюзов автоматически обернется снижением уровня жизни американских рабочих в целом. Да, благодаря профсоюзам, растут заработки тех, кто в них состоит, но одновременно общая занятость в этих отраслях экономики постепенно сокращается.

“Выросла ли, благодаря усилиям профсоюзам, общая доля доходов работников в национальном доходе США? – продолжает Гэри Беккер. - Нет, насколько мы можем судить, не выросла! Произошло и затем сохранялось десятилетиями перераспределение доходов (в виде прямых заработков или получаемых дивидендов от вложений некоего капитала), в пользу отраслей с большим удельным весом профсоюзов. Просто - за счет других отраслей экономики”.

Экономический обозреватель американской деловой газеты The Wall Street Journal Голман Дженкинс отмечает в недавней публикации, что фактически все видные политики-демократы штата Вашингтон требовали от руководства местного профсоюза авиастроителей, отклонившего первое предложение корпорации Boeing, не упрямиться, а находить общие позиции с ее менеджментом.

Как считает Дженкинс, “эти политики, да и высшее профсоюзное начальство в Вашингтоне, проверили идеологию реальностью и пришли к выводу, что работникам Boeing не следует повторять печальный опыт своих коллег - детройтских автомобилестроителей: они всякий раз угрожали работодателям банкротством, когда те заговаривали о внедрении трудосберегающих технологий и других методов повышения эффективности производства перед лицом мощной зарубежной конкуренции”.

Радио Свобода
XS
SM
MD
LG