Доступные ссылки

Азербайджанское общество привыкло к сообщениям о полицейских пытках


Иллюстрация

Иллюстрация

«…привели в кабинет Миргафара Сеидова. Он пригласил пить чай, я отказался…. Стали бить»

Азербайджанское общество приучено к тому, что избиения и пытки подследственных в полиции – обычное и неподсудное дело. Как может быть иначе, если в местной и зарубежной прессе много публикаций о пытках и избиениях в следственных органах Азербайджана и нет сообщений об осуждении палачей?

Приведем несколько примеров только за этот год, опубликованных в московском ресурсе «Кавказский Узел».

«​Нескольким задержанным сняли брюки, оскорбляли…Не позволяли даже справлять нужду»​

Адвокат главного редактора новостного сайта Jam.az Фикрета Фарамазоглу заявил в суде, что его подзащитный дал признательные показания под пытками. Фарамазоглу обвиняется в шантаже и вымогательстве денег.

Адвокат Анар Алиев в суде над верующими мусульманам из поселка Нардаран рассказывал, что верующих в наручниках повалили на пол и топтали. Нескольким задержанным сняли брюки, оскорбляли, потом их содержали в холодном месте до утра. Не позволяли даже справлять нужду, подвергали пыткам... Через тела людей пропускали электроток, угрожали арестами родителей, если не дадут показаний против богослова Талеха Багирзаде,рассказал Иманов.

Свидетель Сахила Рзаева, осужденного на 6,5 года лишения свободы по тому же делу, также рассказал в суде о пытках. "Сказал, что не мог ходить от ударов дубинкой...

Вот что говорил в суде Гияс Ибрагимов, арестованный в мае за нанесение надписей на памятник Г.Аливу:

- ...меня грубо вывели из дома. Когда вели к машине, били по голове. Затем меня отвели к Миргафару Сеидову - начальнику Главного управления полиции города Баку. Сначала указали сесть, а потом Сеидов сказал: “Передо мной не сидят, а стоят на коленях”. Приказал встать на колени, я отказался, и получив удар по ногам сзади, упал на колени… Они продолжили избиение, тянули за волосы и бороду. Заместитель Сеидова бил ремнем, требуя сказал, кто нас подучил написать на памятнике. У меня требовали пароль от моей страницы в фейсбуке, я отказался, но они так избивали, что я передал пароль…. Затем отвезли в Наримановский изолятор временного содержания. Продержали там два дня. На второй день вывели во двор, и начальник, ударив меня, приказал подметать двор. Меня снимали на камеру. Пришел адвокат Эльчин Садыгов, увидел меня, его увели… привели вновь в кабинет Миргафара Сеидова. Он пригласил пить чай, я отказался. Снова пытались узнать, кто нас подучил. Я сказал, что это наша собственная инициатива. Стали бить.

По словам выступавшего в суде свидетеля-полицейского, Гияс на следствии не жаловался на пытки. Тогда подсудимый с места заявил, что избиения отражены в протоколе: “Там записано, что на мое теле есть травмы, опухло и покраснело ухо, а также есть шишки на голове”. Адвокат зачитал протокол, в это время из зала раздались гневные выкрики отца Гияса в адрес свидетеля. Отца вывели из зала суда и больше не возвращали.

«Представитель омбудсмена сказал, что следов насилия на его теле не видит»​

Пытали также активиста Движения NİDA Эльгиза Гахраманова, обвиненного в хранении наркотиков. Согласно официальной версии следствия, Гахраманов дал признательные показания по делу, при этом сам активист настаивает на том, что эти показания у него выбили в Главном управлении по борьбе с организованной преступностью МВД. Врач и представители аппарата омбудсмена Азербайджана дважды посещали Гахраманова в СИЗО, но отказались фиксировать наличие на его теле следов насилия, - заявил адвокат обвиняемого Немат Керимли.

26 августа Эльгиза Гахраманова в бакинском СИЗО посетил его второй адвокат Фариз Намазлы. На встрече активист рассказал, что 22 и 25 августа его посетили представители аппарата омбудсмена с врачом. "В ходе первой встречи Эльгиз в течение часа рассказывал о пытках, которым его подвергли в первую неделю после ареста. Однако в заявлении для прессы 22 августа аппарат омбудсмена опроверг наличие следов насилия на теле Эльгиза. После того как мой коллега Немат Керимли заявил, что пресс-релиз аппарата омбудсмена не отражает действительность, 25 августа представитель аппарата омбудсмена вновь посетил Гахраманова", – отметил Намазлы. В ходе второй встречи, рассказал адвокат со слов Гахраманова, представитель омбудсмена сказал активисту, что никаких следов насилия на его теле не видит. "Эльгиз же ответил, что на его теле есть следы насилия, однако представитель омбудсмена и врач упорно не хотят замечать этого. Кроме того, если они даже не считают это следами пыток, есть жалобы у активиста и на оскорбления, бесчеловечное обращение, и это тоже надо расследовать", – подчеркнул Намазлы. По словам защитника, он видел покраснения на животе, голени и колене Гахраманова.

"В ходе первого визита представителя омбудсмена Эльгиз показал врачу эти покраснения. А врач в ответ заявил, что эти покраснения возникли из-за его "нечистоплотности". Но я считаю, что это похоже на следы насилия. Эльгиза так много били дубинкой, что он терял сознание, и многое уже не помнит. По опыту увиденного ранее у других арестованных могу сказать, что эти покраснения могут быть следствием пропуска через тело Эльгиза электрического тока", – констатировал адвокат.

«Бесчеловечное отношение и применение пыток широко распространено в правоохранительных органах»

РадиоАзадлыг обратилось к юристу Самире Агаевой с просьбой ответить на вопросы: подсудны ли пытки и избиения в Азербайджане, какое наказание предусмотрено для таких нарушителей закона и были ли случаи осуждения за пытки подследственных?

Пытки, плохое и бесчеловечное обращение осуждается как национальным законодательством, так и международными конвенциями, участником которой является Азербайджан, - сказала С.Агаева.

В соответствии и со статьей 32 Конституции, «каждый обладает правом на личную неприкосновенность». В соответствии с принципом гуманизма, предусмотренным статьей 9 Уголовного кодекса АР, наказания и другие меры уголовно-правого характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь характер, либо цель пытки или другого жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения.

В соответствии со статьей 3 Конвенции «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию»

В 2002 году Азербайджан ратифицировал Европейскую конвенцию по защите прав человека и основных свобод. В соответствии со статьей 3 Конвенции «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию». Практически во всех правах (даже в праве на жизнь – статья 2 Конвенции), предусмотренных Конвенцией, имеются исключения, кроме вышеупомянутой статьи 3. Это означает, что нигде, ни при каких ситуациях (даже в борьбе с терроризмом, мафией, в военных конфликтах и т.д.) не могут быть применены пытки. Кроме того, многочисленные решения Европейского суда по правам человека говорят о минимальном пределе, который должен быть достигнут для того, чтобы признать нарушение статьи 3.

Существует также Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, которая обязывает каждое государство-участника предпринять эффективные законодательные, административные, судебные и другие меры для предупреждения актов пыток на любой территории под его юрисдикцией.

В Азербайджане, как известно, бесчеловечное отношение и применение пыток широко распространено, в особенности в правоохранительных органах. Основной проблемой является то, что лицо, находящееся в заключении и к которому применены пытки, не может доказать факт применения пыток по той причине, что его вовремя не направляют на экспертизу, а если даже отправят, то экспертные органы дают то заключение, которое от них требуют.

«​Истязания применяются в основном для того, чтобы получить признательные показания»​

Адвокаты, чьи подзащитные пострадали от бесчеловечного обращения, направляют жалобы в районные суды в порядке судебного надзора. Но обращения в суды не дают желаемых результатов. Пройдя всю процедуру, они обращаются в Европейский суд по правам человека, который в большинстве случаев признает нарушение статьи 3 Конвенции. В отношении Азербайджана есть немалое количество таких решений (к примеру, дело Аликрам Гумбатов против Азербайджана, Махира Мурадова против Азербайджана, Сардара Джалалоглы против Азербайджана, Мушфига Джаннатов против Азербайджана и многие другие).

По словам подвергшимся пыткам в органах полиции, к ним применялись истязания в основном для того, чтобы получить признательные показания.

Многие заключенные, дав признательные показания в правоохранительных органах, отказывались от своих показаний в судах. Отказ от показаний они обосновывали тем, что признавались в несовершенных преступлениях, потому как не могли выдерживать тот арсенал пыток, который к ним применялся. Но, к сожалению, суды ни в одном случае не расследовали эти факты, ни разу не дали правовую оценку таким показаниям и не пытались выяснить, почему заключенный в ходе следствия и судебного разбирательства дает разные показания.

Хотелось бы напомнить о существовании Европейских Пенитенциарных Правил, утвержденных Комитетом Министров 12 февраля 1987 года. Эти Правила содержат рекомендации для правительств стран-участников об установлении минимальных требований условий содержания заключенных

Помимо физических пыток, к задержанным применяются пытки психологического характера, к примеру, запугивание тем, что в соседнюю комнату приведут семью задержанного (супругу, сестру, дочь и т.д.), различного рода оскорбления, издевательства, отказ в воде и еде, постоянно включенный электрический свет в камере заключенного, ужасные санитарные условия, отсутствие медицинского обследования и лечения. Ненадлежащие тюремные условия также подпадают под статью 3.

Хотелось бы напомнить о существовании Европейских Пенитенциарных Правил, утвержденных Комитетом Министров 12 февраля 1987 года. Эти Правила содержат рекомендации для правительств стран-участников об установлении минимальных требований условий содержания заключенных. Если мы исследуем эти правила, то увидим, насколько они не соблюдаются в нашей стране.

Безнаказанность сотрудников правоохранительных органов ведет к тому, что применение пыток стало одним из рычагов давления и нарушения прав человека и основных свобод, - добавила адвокат С.Агаева.

Бей Табун

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG