Доступные ссылки

В СССР Л.Х.Освальд искал «свой дом»


Фото Ли Харви Освальда, сделанное полицией Далласа.

Фото Ли Харви Освальда, сделанное полицией Далласа.

В канун 50-летней годовщины убийства президента США Джона Кеннеди в США публикуется множество новых книг, начиная от наследия Кеннеди до предполагаемых новых подробностей его смерти.

В одной из новых работ изучается советская глава жизни Ли Харви Освальда — человека, застрелившего Джона Кеннеди. В 1959 году Ли Харви Освальд перебежал в Советский Союз и провел два с половиной года в Минске, после чего устал от этого приключения и вернулся на родину. В книге «Незваный гость: Ли Харви Освальд в Советском Союзе» ее автор Питер Саводник рассматривает, почему Ли Харви Освальд уехал из Америки, его жизнь в Минске и что в итоге побудило его подняться на шестой этаж книгохранилища в Техасской школе в Далласе и нацелить винтовку на голову Кеннеди 22 ноября 1963 года.


«ЧАСТЬ НЕСЧАСТНОЙ ЦЕПИ»

Азаттык: Вы пишете, что решение Ли Харви Освальда переехать в СССР было частью несчастной цепи, тянущейся через всю его жизнь и заложенной его матерью…

Питер Саводник: До того как он поступил на флот [в возрасте 17 лет] и ушел из дома, Ли Харви Освальд переезжал 20 раз с матерью. И каждый переезд был обусловлен какой-либо ее неудачей: неудавшимися отношениями, потерянной работой, каким-то разрывом или кризисом. Смысл в том, что у Ли Харви Освальда никогда на протяжении детства и подросткового возраста не было чего-либо похожего на дом. И если вы посмотрите на советский этап через эту призму, то сразу становится довольно ясно, что весь смысл поездки туда, даже если сам Ли Харви Освальд и не знал об этом, заключался в поиске какого-то рода постоянства, места, которое можно назвать домом.
Журналист Питер Саводник.

Журналист Питер Саводник.


Азаттык: Почему СССР? Что он увидел в этой стране и что он надеялся там делать после переезда?

Питер Саводник: Я думаю, что изначально привлекательность для него пришла через коммунизм или марксизм, с его весьма насильственным и воинствующим языком и его призывом свергнуть установленную мудрость или власть. И это определенно сыграло на руку, согласовалось с озлобленностью Ли Харви Освальда и ощущением неуместности.

И тогда, конечно, потребовалось только полшага, чтобы добраться до Советского Союза, добраться до этого места, которое в своем роде воплотило все марксистские революционные идеи, о которых он слышал и читал.

И что сделало это, конечно, более заманчивым, с точки зрения Ли Харви Освальда, — это то, что никакая другая страна не представляла большее опровержение Америки и всего того, откуда он приехал, чем Советский Союз.

ПОДАЛЬШЕ ОТ МОСКВЫ

Азаттык: Ли Харви Освальд был в Москве, когда попросил советское гражданство. Почему власти отправили его в Минск — за 675 километров?

Питер Саводник: Самым важным, с точки зрения КГБ, было держать Ли Харви Освальда вдали от всех и всего важного. Так что они просто хотели, чтобы он находился где-то в сонном, скучном и спокойном месте. И поэтому почти все остальные перебежчики из Америки отправлялись в провинциальные города. В случае почти всех остальных их отправляли в Украину. В случае Ли Харви Освальда его отправили в Минск. Я не думаю, что стоит слишком задумываться об отправке в Украину или отправке в Беларусь. Я думаю, что более важно то, что во всех этих случаях перебежчиков отправляли куда-то далеко от столицы.
Обложка книги Питера Саводника «Незваный гость: Ли Харви Освальд в Советском Союзе».

Обложка книги Питера Саводника «Незваный гость: Ли Харви Освальд в Советском Союзе».


Азаттык: Жизнь Ли Харви Освальда в Минске начинается довольно хорошо, но в конце концов он становится несчастным. Что привело к тому, что он потерял энтузиазм в советской жизни?

Питер Саводник: Самой главной переменой за два с половиной года Ли Харви Освальда в Минске, с самого начала, стала эта своего рода убывающая популярность. Первые шесть месяцев или около того он — знаменитость. Он — это странное, он — «американец в Минске». Но со временем это начинает идти на убыль. Люди привыкают к нему и уже более не считают его чем-то особенным или важным. И когда его новизна начинает ослабевать, его интерес в этом месте начинает ослабевать. Это первое.

Второе — это то, что обычная жизнь в Минске была чрезвычайно нудной и вялотекущей. Минск — город в очень коммунистическом стиле. Он был разрушен во время войны и после войны выстроен в сталинском стиле. Поэтому первое, что бросается в глаза в Минске, — это отсутствие суматохи и всего того городского гама, которые можно встретить в больших городах в странах, как США. Минск был спокойным, простым, лаконичным, и там было нечего делать и нечего пробовать. Поэтому была утомительность, скука.

И кроме того, — и это начало происходить с Ли Харви Освальдом только после того, как он провел там как минимум год, — была растущая уверенность в том, что за ним наблюдал КГБ. И я думаю, что это существенно повлияло на его чувство отчуждения от окружающего его общества.

ВОЗВРАЩЕНИЕ И ДОРОГА В ДАЛЛАС

Азаттык: Так что, когда он возвращается в США в 1962 году, — выясняется, что он формально не отказался от своего гражданства США, — вы пишете, что то чувство ярости и отчаяния, которое побудило его уехать, стало еще хуже. Почему?
Президент США Джон Кеннеди с супругой Жаклин едут в автомобиле в Далласе. Фото сделано за несколько мгновений до убийства Кеннеди.

Президент США Джон Кеннеди с супругой Жаклин едут в автомобиле в Далласе. Фото сделано за несколько мгновений до убийства Кеннеди.


Питер Саводник: Советский Союз должен был положить конец этим постоянным скитаниям и переездам, происходившим во время его детства и подросткового возраста. И конечно, советская глава стала неудачей: вместо создания для себя новой жизни, которая бы кардинально всё для него изменила, он продержался два с половиной года, после чего устал и уехал. Так что в некотором смысле Ли Харви Освальд, я думаю, хорошо осознавал, когда вернулся в США, что он потерпел неудачу и что это его стремление найти постоянство провалилось.

Азаттык: Опишите психологическое состояние тогда 24-летнего Ли Харви Освальда после того, как он возвращается в США. Как он оказался в книгохранилище Техасской школы в Далласе с винтовкой?

Питер Саводник: Остаток жизни Ли Харви Освальда, то есть последние 17 месяцев его жизни, четко следуют его общему курсу. Он возобновил свои скитания — после возвращения в США он начинает метаться, маниакально переезжать, очень надеясь найти что-то, что спасет его от его психологии, от его состояния, и, конечно, он снова и снова терпит неудачи, а давление всё усиливается, и в итоге он уступает этому растущему насилию в его разуме и обнаруживает, что президент приезжает в Даллас, и убивает его. Сами подробности убийства, как вы знаете, обсуждались очень подробно уже много, много, много раз. Что гораздо более интересно, чем все эти особенности, — это психология, ведущая к убийству.

Азаттык: Является ли Ли Харви Освальд непонятой фигурой в истории США? Видят ли его люди как что-то, чем он не был, или наоборот?

Питер Саводник: Я думаю, что существует огромный недостаток обсуждений личности Ли Харви Освальда, поскольку он постоянно воспринимается — нам настойчиво прививается это восприятие — как пешка в чужой детективной истории. Поэтому он часто показывается в этом аморфном, одностороннем свете, в этом очень смутном свете.

Мы не знаем ничего о Ли Харви Освальде, я думаю, потому, что мы настаиваем на том, что его не знаем. Нам нравится воспринимать его как загадку. Но стоит посмотреть на загадку поближе, можно осознать, что на самом деле он гораздо менее загадочен, чем мы могли бы думать. Ли Харви Освальд был очень сложным. За ним охотились множество демонов, но его можно было понять, как всех людей. И когда вы внимательно посмотрите на советский период, когда вы его изучите, — множество этих сложностей становятся ясными.

В подготовке материала участвовали Хизер Мейер и Анна Клевцова. Радио Азаттык
XS
SM
MD
LG